Вячеслав Владимиров
Революция как средство

– Прекрасно! – воскликнул Ментор. – Даже полиция не знает, где в данную минуту находится один из самых опасных преступников, а мы знаем. Ещё, мы знаем, что он «воскресный папа» , и знаем, что это одно из его слабых мест. Здесь живёт одна из дам его сердца, которая родила ему ребёнка. Здесь же, скорее всего, находится и часть его «чёрной кассы», которую он скроил и спрятал от своих подельников. Таких точек у него с десяток, но если нам очень сильно понадобятся услуги этого негодяя, то, последив за ним с месяцок, мы сможем припереть его к стенке. При необходимости, преступный мир доброй половины Северного Нью-Джерси будет делать то, что мы прикажем. Мы не трогали его уже больше полугода, так что это была своего рода профилактика, – сказал Ментор, глядя на Вильяма, а затем обратился к Роланду:

– Сейчас ты проснёшься и откроешь глаза. Ты будешь помнить всё, что ты видел и сможешь всё в точности пересказать.

На этих словах Роланд открыл глаза, и первое, что он увидел, было лицо его сына Вильяма.

Тот стоял в шаге от кушетки и пребывал в каком-то неописуемом восторге. Его глаза торжествующе сверкали, он улыбался таинственной улыбкой и был, казалось, одновременно и ошарашен и вдохновлён увиденным.

– Ну, что скажешь? – обратился к Вильяму Ментор.

– Я – в шоке! – ответил тот и, оглядев стеллажи, спросил. – А кто все остальные, и как вы всё это контролируете?

– Здесь порядка тысячи ячеек, расположено всё в алфавитном порядке, только инициалы нужного человека и присвоенный ему номер, состоящий из девяти цифр, который отражает несколько уровней его вовлечённости. Никаких записей мы не ведём, ведь среди тех, чьи частички покоятся на этих полках, есть такие имена, что простому человеку их страшно даже произнести вслух. Дело в том, что в состоянии гипноза мозг человека способен запоминать целые книги, а здесь всего-то тысяча мешочков, вот твой отец и держит эту небольшую книгу в памяти. Время от времени он мысленно добавляет информацию на страничку нужного человека, и всё, что нам нужно, хранится в надёжном месте. В голове Роланда – как в хранилище – находится вся информация по каждому ящичку, а биологический материал: волосы, ногти – это ключ, который помогает моментально найти в информационно-распорядительном эфире – которым наполнено наше пространство – обладателя этого биоматериала. Как только человек умирает, мы освобождаем ячейку и помещаем в неё биоматериал следующего интересующего нас индивидуума. Видишь ли, каждая частичка человеческой плоти содержит информацию о том, кому она принадлежит, и таким вот образом можно отследить местонахождение любого – ну, или почти любого – человека. Выражение: «Чтобы ни один волос не упал с его головы…», как видишь, появилось не на пустом месте, оно наполнено конкретным смыслом.

– А что будет, если, не дай Бог… – Вильям смутился и посмотрел на отца.

– Продолжай, – сказал Роланд. – Мы все здесь взрослые люди и понимаем, что от трагических случайностей не застрахован никто. Ты хотел спросить, что будет, если со мной что-нибудь случится, ведь так?

– Да, – ответил Вильям, опустив глаза.

Здесь слово взял Ментор.

– В твоём вопросе нет ничего неправильного, более того, одно то, что ты его задал, говорит о том, что ты мыслишь и действуешь рационально, без лишних сантиментов. Так и должен думать и поступать человек, в чьи руки однажды перейдёт право распоряжаться судьбой этого мира. Что до сути твоего вопроса: «Что будет, если случится непоправимое?», – То я отвечу так: «Здесь и сейчас ты стоишь для того, чтобы в случае необходимости подхватить упавшее знамя. С этого дня ты начнёшь получать в своё подсознание всю необходимую информацию. В течение полугода ты будешь обладать полной копией той информации, которой обладает сейчас твой отец...».

Ментор кинул взгляд на Роланда, и тот одобрительно кивнул и улыбнулся. В той улыбке отразилась слегка заметная ирония, понятная лишь Ментору.

Дело в том, что полная копия всех знаний, которыми обладал Роланд, давно уже была заложена в подкорку мальчика, он являлся носителем бесценной информации сам того не осознавая.

Вильям спросил:

– А как долго надо учиться тому, что умеет отец? Когда я смогу путешествовать в пространстве и видеть на расстоянии так, как он?

– Прямо сейчас, мой мальчик! – ответил Ментор. – Сегодня ты попробуешь увидеть сердцем то, чего не дано увидеть остальным. Если ты готов, то я погружу тебя в гипноз сию же минуту, и ты сам убедишься в том, что дальновидение – это реально!

– Я согласен! – ответил Вильям. – Что я должен делать?

– Ничего особенного, просто ложись на кушетку, – Ментор указал на кожаное ложе, а сам тем временем подошёл к стеллажу и, выдвинув один из ящичков, продолжил. – Вот в этой ячейке, к примеру, хранится информация на Роджера, одного из наших охранников. Я отправил его кое-куда, так что ты сможешь сам увидеть, чем он там занимается.

С этими словами Ментор подошёл к Вильяму, положил ему руку на лоб, наклонился к его уху и что-то прошептал.

– Слышишь ли ты меня? – спросил Ментор.

– Да, слышу, – ответил Вильям.

– Возьми в руку этот клок волос и посмотри, где находится тот, кому они принадлежат, – приказал Ментор безапелляционным тоном.

– Я вижу, что этот человек – Роджер, наш охранник. Он сидит за рулём серебристого внедорожника, это тот «Додж», на котором вы приехали. Вот он останавливается возле большой вывески, я знаю это место – это компания по сдаче в аренду автомобилей под названием «Энтерпрайз». Вот он запарковался, выходит из машины, закрывает её и идёт по направлению к зданию. Он опустил ключи от машины в ящик у двери и пошёл назад, к дороге. Он подошёл к машине стоящей у обочины, я узнаю её, это наш «Линкольн Навигатор», он садится в машину. За рулём сидит наш второй охранник – Кевин. Машина разворачивается, они едут назад…

– Послушай, о чём они говорят! – приказал Ментор.

– Играет музыка, Кевин сказал, что после такого плотного ужина ему чертовски хочется спать. Роджер сказал, что тоже не прочь «приплющить фейс» и надеется, что на сегодня никаких поручений больше не будет. Всё, они больше ничего не говорят, молча едут и слушают музыку.

– Вильям, сейчас ты проснёшься и будешь помнить всё то, что видел и слышал. Я досчитаю до трёх, и твои глаза откроются. Один, два, три! Открой глаза! – властно приказал Ментор.

Вильям открыл глаза и уставился на своего деда.

Его взгляд был полон торжества и восторга, он светился каким-то юношеским задором.

В предвкушении того, что ему предстояло, Вильям не смел заговорить первым, но видно было, что он только и ждал момента, когда ему разрешат рассказать о своих впечатлениях.

Ментор не заставил себя долго ждать и спросил:

Ну, что ты теперь скажешь?

– Я видел и слышал всё, как в компьютерной игре. Я управлял своим сознанием, как будто это была видеокамера, установленная на коптере , который мог проходить сквозь стены. Я в восторге! Я восхищён! Обладание такими способностями делает человека Богом! Я счастлив! Я понимаю, что всё, что я сегодня увидел и услышал – это большая тайна, и сам хочу поклясться в том, что ни одна живая душа никогда не узнает от меня ничего из того, что знаю я. Клянусь! – сказал Вильям и поднял правую руку так, как это обычно делают принося присягу.

– Спасибо, мой мальчик! Ты всё понимаешь без лишних слов, а теперь отправляйся спать, нам с твоим отцом нужно ещё немного поработать, – сказал Ментор тоном не терпящим возражений и мрачно добавил. – Помни о своей клятве, ни одна живая душа!

– Не беспокойтесь на этот счёт, я не подведу! – отчеканил Вильям и, встав с кушетки, направился в сторону секретной двери, которая в этой комнате была похожа именно на дверь – она не была замаскированной подо что бы то ни было.

Ментор нажал на рычаг, торчащий из стены прямо у дверного косяка, и толкнул дверь от себя.

Дверь бесшумно открылась, и Вильям скользнул в кабинет по ту сторону открывшегося прохода.

Ментор спокойно проследовал за ним, затем проводил Вильяма до двери, которая вела из рабочего кабинета в холл.

У двери оба остановились, прислушались и, убедившись, что вокруг царила полная тишина, Ментор провернул в скважине ключ, отпер дверь и открыл её перед внуком.

– Иди, мой мальчик, спокойной ночи!

– Спокойной ночи, – ответил Вильям и тихо, как кошка, пошёл по коридору, ведущему в сторону оранжереи.

Ментор постоял с минуту, убедился, что всё тихо и только потом, заперев дверь на ключ, вернулся в секретную комнату.

Там он нашёл Роланда, сидевшего на кушетке в задумчивости. Завидев отца, тот встрепенулся, встал с кушетки и улыбнулся.

– Всё прекрасно, сын мой! Сказал Ментор, – наш мальчик готов принять из наших рук жезл управления миром, ты вырастил достойного сына и прекрасного наследника для нашего общего дела!

– Не преувеличивай моих заслуг, – скромно ответил Роланд. – Ты был Вильяму таким же отцом, как и я, ты наравне со мной воспитывал в нём сильного и достойного человека – продолжателя нашего рода и нашего дела. Браво, Ментор! Браво, отец! Браво, дед!

– Ну ладно, хватит с нас медных труб… – засмеялся Ментор и добавил. – Нам сегодня предстоит начать свою тончайшую игру на нервах против одного пренеприятнейшего типа. Если он окажется стойким к проявлениям полтергейста и не сойдёт с ума от страха в первую неделю, то бьюсь об заклад, к концу второй недели без сна – он будет уже не жилец. Если же и это его не проберёт, то тогда нам придётся его усыпить раз и навсегда, – сказав это, Ментор помрачнел и, глядя на Роланда, добавил. – Я помню, сын мой, что в последний раз, когда ты во сне остановил сердце того олигарха из Колхиды, тебе это далось нелегко. Помню, что ты потерял тогда очень много сил и энергии, знаю, что это была игра на грани фола, но ставки тогда были очень высоки. Мы рисковали твоим здоровьем – может быть, даже жизнью – во имя нашего дела, и тот, кто собирался предать огласке план наших Кураторов – не смог этого сделать, даже сидя взаперти, под охраной суперсовременных систем сигнализации и видеонаблюдения. То был наш триумф, и теперь, если потребуется, мы должны будем совершить ещё один такой подвиг.

Ментор умолк, и в его взгляде появилась какая-то горечь, он как будто предчувствовал что-то, и от этого ему становилось не по себе.

– Приказывай Ментор! – сказал Роланд. – Вся моя жизнь без остатка принадлежит нашему великому делу, и если потребуется, я, не задумываясь, отдам её во имя торжества нашей идеи и достижения поставленной цели!

– Слова достойные восхищения, сын мой! – сказал Ментор, глядя на своего сына. – Мы будем предельно осторожны и начнём с малого, для начала мы пугнём этого шоумена-строителя отелей и казино. Трепещи, мы идём за тобой! – воскликнул Ментор в секундной вспышке ярости, потрясая кулаком в сторону, где находился город Нью-Йорк. – Сейчас ты познакомишься с маленьким приведением.

Сказав это, Ментор подошёл к стеллажу и продолжил, выдвинув один из ящиков:

– Вот за эти несколько волосков я отдал целое состояние. Нужно было снарядить сотни людей, которые сами не зная, зачем целый год ездили по стране и ползали на коленях там, где ходил, сидел, лежал, спал, ел или выступал этот популист. Здесь набралась добрая пара дюжин, вот они, все как один, длинные, с проседью!

Ментор держал в руке прядь волос и смотрел на неё с кровожадной ухмылкой. Помолчав пару секунд, Ментор возобновил свою речь:

– Сейчас уже третий час ночи, подождём для верности ещё полчаса и начнём. Первое: нужно будет посмотреть, кто и где расположился в этом трёхуровневом пентхаусе на Пятой Авеню. Присмотрись, поныряй по комнатам, не лежит, не сидит ли там кто-нибудь в состоянии транса, и не склонился ли над этим медиумом кто-нибудь из знатоков этого дела. После выкрутасов Вольфа Мессинга надо быть настороже…

– Понял, – сухо ответил Роланд.

– Сегодня – только разведка, пощупай всё, как говорится, кожей, нет ли там какой астральной защиты, нет ли каких излучателей, нет ли там замаскированной клетки Фарадея . В общем, сегодня присматриваемся, а дальше будем действовать в зависимости от того, что нам подготовила его служба безопасности.

– Хорошо, я готов, – сказал Роланд и лёг спиной на кушетку.

Умостившись поудобнее, он сделал глубокий вдох, задержал ненадолго дыхание и медленно выдохнул.

– Я спокоен, полон сил и энергии... – сказал Роланд, закрыл глаза и добавил. – Можем начинать.

Ментор подошёл к изголовью кушетки, наклонился к уху Роланда, шепнул ему что-то и начал делать пассы руками вокруг его головы.

Минут пятнадцать он таким образом напитывал сына своей психической энергией, после чего Ментор встал сбоку и ещё минут пятнадцать делал пассы руками вдоль тела Роланда, от головы к ногам. Таким образом он менял полярность тела и заставлял эфирного двойника выделиться из плотской оболочки и воспарить ввысь.

Все эти манипуляции нужны были для того, чтобы психический – или астральный – двойник Роланда мог не просто перемещаться в пространстве и наблюдать за происходящим, но и в момент опасности иметь достаточно энергии, чтобы сопротивляться постороннему воздействию.

Если в предыдущем случае – когда Ментор погрузил в гипноз и отправил своего внука на безобидную астральную прогулку пошпионить за охранником – Вильяму ничего не угрожало, то Роланд – в случае, когда идёшь войной на богатого человека с большими связями – вполне возможно мог встретить в его окружении кого-либо с определённым багажом знаний в этой области.

Наученные опытом противостояния, которое приходилось преодолевать в Тибете, Израиле и в Советском Союзе, Менторы Братства относились к вопросу безопасности очень серьёзно и рекомендовали тщательно готовиться к акциям, которые потенциально могли столкнуться с противодействием.

Так, один из Менторов чуть было не поплатился жизнью своего сына, когда в момент воздействия на объект, тот проснулся и в приступе панического страха, выхватив из ножен шпагу, начал хаотично размахивать ей, пытаясь отогнать душившее его во сне существо.

Астральное тело, сильно напитанное психической энергией – именно такой вариант двойника может не только видеть и слышать, но ещё и оказывать физическое воздействие – соприкасаясь с металлом, чувствует нестерпимое жжение. Чем сильнее напитан эфирный двойник психической энергией – тем сильнее жжение, а в некоторых случаях многократное попадание острого предмета – такого, как нож или сабля – могут повредить и самому медиуму.

От прикосновений или ударов по эфирному телу двойника на физическом теле медиума остаются подкожные стигматы , которые реально кровоточат, и медиум может погибнуть от потери крови, если количество и качество ударов по его психическому двойнику будет достаточно интенсивным.

Зная об этом, Ментор в достаточной степени напитал эфирный двойник Роланда и, вложив ему в руку прядь волос с проседью, скомандовал:

– Я хочу, чтобы ты посмотрел, где сейчас находится этот человек.

Роланд покоился на своём ложе, его расслабленное лицо было абсолютно лишено каких-либо эмоций.

Через несколько секунд, после того как он получил приказ, он спокойно произнёс:

– Вижу того, кому принадлежит то, что зажато у меня в правой руке. Сейчас он спит в комнате, которая находится в одном из небоскрёбов на Манхеттене. Эта комната – не спальня, она переоборудована под спальню. Комната небольшая, без окон, на входе, по ту сторону дверей находятся два человека. Эти люди не спят, они сидят за столом – друг напротив друга – и каждый смотрит в свой лэптоп. На мониторах многочисленные квадратики с изображениями, они дотрагиваются до квадратиков, и те становятся больше, а после повторного прикосновения – вновь сжимаются. Охрана работает хорошо, в реальном времени мониторит все входы-выходы, коридоры и прилегающие помещения. Иду дальше. В соседних комнатах не вижу кого-либо, кто мог бы представлять для нас опасность.

– Очень хорошо! – сказал Ментор и поинтересовался. – Какие есть ощущения по напряжённости поля? Есть ли какие-то помехи для пребывания там, какой-нибудь дискомфорт?

– Судя по ощущениям, никаких излучателей частоты или каких-либо других помех нет, – ответил Роланд. – Освещение везде приглушённое, мощных источников света не вижу, нет ни мощных галогенных ламп, ни ламп накаливания, которые по своим размерам могли бы выдать мощность, достаточную для того, чтобы начать рассеивать эктоплазму моего эфирного двойника. Похоже, что нас здесь не ждут!

– Не будем обольщаться, как-то всё это подозрительно, – задумчиво произнёс Ментор и добавил. – Пройди по каждой комнате на этаже, спустись на этаж, на два, на три ниже, надо «прощупать пальцами» каждый квадратный пятачок – размером три на три шага – на котором мог бы разместиться медиум-защитник. Просканируй всё что можно, как только увидишь что-нибудь хоть мало-мальски подозрительное – сразу же дай мне знать. Я пока добавлю тебе немного энергии.

Сказав это, Ментор вновь подошёл к изголовью кушетки и начал делать руками пассы, напитывая таким образом Роланда собственной психической силой.

– Понял, – ответил Роланд, и в воздухе повисла полная тишина.

Ментор делал пассы руками и молча смотрел в одну точку – на переносицу Роланда.

Он концентрировал свои мысли на том, что его энергия плавно перетекает в тело его сына – только эта мысль звучала в его мозгу, многократно повторяясь.

Он без остановки проговаривал про себя одну и ту же мантру: «Сила приливает, сила приливает…».

Через десять минут, Роланд обратился к Ментору со словами: – Я прошёл всё, что находится в пределах трёх-четырёх этажей вниз – ничего подозрительного. Все, кроме многочисленной охраны, спят. Несколько раз от меня шарахнулись кошки тамошних обитателей, и один раз – большая собака, завидев меня, она забилась под диван и начала громко скулить. Я пошёл дальше, чтобы она не разбудила своих хозяев. Всё остальное позволяет мне с уверенностью подтвердить то, что я сказал раньше – нас здесь не ждут!

– Тем не менее, побудь ещё немного на расстоянии от его комнаты, не надо приближаться слишком близко. Посмотри, что можно такого подвинуть, чтобы этот предмет упал, и всё это происходило бы в поле зрения одной из камер слежения. Посмотри, какие квадраты покрывают камеры на экранах лэптопов охраны наиболее крупным планом. Надо тщательно подготовить спектакль, чтобы шок от падения предмета был многократно усилен просмотром всего действа на записи, – сказал Ментор и закончил делать пассы.

– Вижу неплохой вариант, – сказал вдруг Роланд. – Стопка салфеток лежит на краю журнального столика. На стопке салфеток лежит металлическая вилка и нож. Столик стоит возле двери, ведущей из помещения – где сидят два охранника – в соседнюю комнату, где, кстати, тоже сидит вооружённый человек.

– Неплохо, – сказал Ментор. – Попробуй подтолкнуть эту стопку салфеток ближе к краю.

– Пробую... – его лицо напряглось, как если бы он, лёжа на кушетке, пытался поднять какую-нибудь тяжесть. – Идёт! – вскрикнул Роланд на выдохе и продолжил. – Идёт, но тяжело, я смог подвинуть стопку ближе к краю, но почувствовал, что мне не хватит сил, чтобы одним рывком скинуть всё на пол.

– Одну минуту... – суетливо бросил Ментор и тут же принялся делать пассы руками вдоль тела Роланда. – Через минуту-другую у тебя будет достаточно плотности в двойнике, чтобы сбросить эту стопку на пол, а пока присмотри пути отхода. Где в этом помещении находится ближайшее окно? Выйди через него и зайди вновь. Посмотри внимательно, не наклеена ли на стекло какая-нибудь паутина из тончайших медных проволочек. Надо полностью исключить вариант с западнёй в виде клетки Фарадея, не могу поверить, что службы ответственные за безопасность настолько расслабились, что пренебрегли даже такой элементарной мерой предосторожности.

– Сейчас попробую, – ответил Роланд и через минуту сообщил Ментору, что ничего подозрительного он на стекле не обнаружил.

– Ну что ж... – сказал Ментор. – Мы приняли все необходимые меры предосторожности, можем начинать! Как только салфетки, нож и вилка полетят на пол, сразу же уводи двойника через окно и наблюдай за происходящим снаружи здания, чёрт их знает, может они всё так умело замаскировали, что мы просто не видим их ловушек.

– Я готов, – и добавил. – Начинаю! – лицо Роланда вновь покрыла гримаса напряжения, и через секунду он воскликнул. – Есть! Стопка упала на пол, я уже снаружи! Вижу через окно, что в комнате начался переполох. Охрана с оружием бегает из угла в угол, вбежал охранник из соседнего помещения. Включили свет во всех комнатах на этаже. Вижу, что открылась дверь, ведущая в сторону импровизированной спальни, в которой находится объект! По всей видимости, объект разбужен шумом, мы достигли желаемого результата!

– Прекрасно, сын мой! Срочно возвращай эфирный двойник назад, чтобы никто не пошёл по следу. На сегодня – всё! Вызов брошен! Война объявлена! Завтра ночью мы посмотрим, что они смогут этому противопоставить. Я досчитаю до трёх, и ты проснёшься... Один, два, три! Открой глаза! – скомандовал Ментор.

В то же мгновение Роланд открыл глаза и, улыбнувшись, сказал:

– Я видел их лица, они были к этому не готовы.

– Прекрасно, прекрасно, сын мой! – сказал Ментор, подав руку Роланду, чтобы помочь ему подняться с кушетки.

Кожа на том месте, где лежал Роланд, была мокрой от его пота – видно было, что миссия стоила ему большого нервного и физического напряжения – но он выглядел счастливым, и от этого усталость казалась ему лишь приятной платой за те секунды триумфа, которые он пережил, повергнув в смятение телохранителей одного из наиболее охраняемых людей в мире.

Отец и сын вышли из своего тайного убежища и отправились в одну из комнат в крыле Ментора, в которой стояли две большие кровати.

Облачившись в пижамы, счастливые обладатели тайного знания пожелали друг другу спокойной ночи и отошли ко сну.