Николай Побережник
Эрта. Армия Акана

Две дюжины всадников, ворвавшихся на улочки рыбацкой деревушки, устроили знатный переполох в стане врага. Как и было выяснено разведкой, ни одного местного в деревне не было, кругом лишь красные мундиры, и отряд Кинта, не спешиваясь, пронесся через деревню, стреляя во все, что движется и красного цвета, затем Брэтэ повел свое звено к реке, Кинт свое по восточной окраине, а Григо скомандовал трофейщикам приготовиться.

Локт, как циркач перепрыгивая каменные заборы и деревянные изгороди, пробрался к одному из домов, из которого начали активно отстреливаться, и метнул в окно гранату… взрыв, крики, ржание лошадей… Опустошив магазин карабина, Кинт сунул его в чехол, выпрыгнул из седла, накрутил поводья на изгородь и присел у нее с револьвером и палашом в руках. Бойцы звена последовали примеру Кинта, и спустя минуту все звено двинулось через дворы с окраины к реке, навстречу Брэтэ, который, судя по стихшей перестрелке у реки, там уже закончил. Грохнул второй взрыв, за ним сразу же третий — это Локт, снова обнаружив большое скопление живой силы противника, сократил ее количество. Красные мундиры северян становились бурыми от крови, противник запаниковал, не смог вовремя оценить происходящее, и самое главное — был лишен командования первой же гранатой, брошенной Локтом. Боец, который шел рядом с Кинтом и умело действовал палашом в рукопашной, вдруг остановился, чуть качнулся назад и упал. Тяжелая пуля, обожгла лоб Кинта и смачно влепилась в бревенчатую стену какогото сарая, вдоль которого он шел... Все-таки не всех северян охватила паника, кто-то заперся в каменном доме с чердаком, стоящем посередине деревни, и теперь активно и весьма успешно отстреливался. Кинт успел присесть за поилку у конюшен, а еще один боец отряда, получив пулю в висок, завалился набок замертво.

— Локт! — крикнул Кинт, вытряхнув гильзы из барабана револьвера. — Тот дом!

Локт лишь кивнул и, перемахнув изгородь, скрылся за домом напротив. А Кинт, пригнувшись, перебежал через двор, влетел в оставленную открытой дверь дома, где схватил два масляных светильника, и выбежал обратно, крикнув:

— За мной! Прикройте.

Под прикрытием поредевшего звена Кинт подбежал к последнему в деревне дому, откуда еще велась стрельба, к тому самому, в который Локт забросил четвертую гранату. Но, видно, большого эффекта это не произвело, вяло, но из дома продолжали отстреливаться.

— Да н-на! — С силой Кинт метнул зажженную лампу в деревянный фронтон, затем прокрался вдоль развешенных на жердях рыболовных сетей и следом метнул вторую лампу в окно, из которого секунду назад выстрелили, и успешно — свалили с коня бойца из звена Брэтэ.

Ламповое масло занялось моментально, начинала гореть кровля, да и из окна спустя минуту повалил дым.

— Брэтэ! Уводите звено на перекресток, помогите Сарту и замаскируйте как-нибудь орудие!

Брэтэ, услышав Кинта, кивнул и скомандовал своим бойцам отходить.

С довольным и перепачканным сажей лицом Локт прокрался к Кинту с гранатой в руке:

— Смотри, я еще одну у мертвого красномундирника нашел!

— Так кидай! А то не успокоятся они там никак, — кивнул Кинт за злополучный дом, который горел, но его защитники продолжали отстреливаться.

Грохнул взрыв, и он будто был сигналом к прекращению огня, кроме ржания лошадей и стона раненых больше не слышалось никаких звуков.

— Григо! Приступай! Остальным перезарядить оружие, а лошадей передать трофейщикам! Вы вчетвером, — обратился Кинт к бойцам своего звена, — помогите.

— Кинт, тут офицер северян! — Боец Локта приволок контуженного и оттого туго соображающего, что происходит, капитана; мужчина лет сорока, босой, легко ранен в плечо и с посеченным осколками лицом.

— Вязать по рукам и ногам — и на лошадь, в лагере допросим! Да, и мешок какой-нибудь ему на го-лову, да посмотрите, что за ранение, перевяжите, еще кровью изойдет.

— Так есть!

Поглядывая назад, на деревню, где орудуют трофейщики, Кинт с остальным отрядом заняли оборону на севере деревни, в ожидании возвращения кавалерии. Часть бойцов расположилась в канаве вдоль трак-та, а часть за наскоро сооруженной баррикадой.

— Что-то долго… — Брэтэ посмотрел на Кинта.

— Не долго, — Кинт убрал хронометр в карман, — чуть больше сорока минут… вот-вот появятся, если…

— Если они не решат преследовать звено Акли по лесу, — договорил Локт.

Кинт посмотрел направо, на грунтовку к ферме и крикнул:

— Сарт, будь готов развернуть орудие на дорогу к ферме.

— Так есть! — отозвался новоиспеченный артиллерист.

Но небесам было угодно, чтобы все случилось так, как и задумал Кинт. Прошло еще немного времени в томительном ожидании, и со стороны фермы показались четверо всадников.

— У Акли тоже потери, — прокомментировал Локт.

— Это война, сынок, — Брэтэ сплюнул на землю, — у этой стервы своя жатва.

Акли был ранен, еле держался в седле, исцарапанное ветками лицо, на скорую руку перевязанные живот и бедро, штанина, пропитанная кровью, встала коркой…

— Мастер-жандарм Кинт, звено приказ выполнило, — только и смог сказать Акли и ткнулся лицом в гриву лошади.

— Снимайте его, оттащите в тыл, к Григо, — крикнул Кинт, и в этот момент из-за поворота на тракте показалась кавалерия противника. — К бою!

Конница встала… Кинт приложился к подзорной трубе, прямой участок тракта шагов на тысячу… Офицер северян в первой шеренге, занимавшей тракт на всю ширину, тоже смотрел на деревню в подзорную трубу.

— Ну… что там? — нетерпеливо спросил Локт.

— Рассматривает нас.

— Удивлен?

— Весьма, — зло улыбнулся Кинт, — началось! Приготовились!

Кавалерия противника пошла в атаку, раздались первые выстрелы их карабинов, справа от Кинта кто-то вскрикнул и схватился за плечо…

— Сарт! Огонь!

Отпихнув палкой ветки кустов, которыми закидали орудие, Сарт с усилием крутанул ручку спуска вперед, а потом, стиснув зубы, еще и еще быстрее…

Одновременно с орудием практически залпом выстрелили и остальные бойцы отряда Кинта… Сноп винтовочных пуль, выпущенных из многоствольного орудия, проделал немалую брешь в шеренгах противника, который уже пустил коней в галоп, сверкнули клинки палашей…

— Магазин! — заорал не своим голосом Сарт кому-то из расчета, кто был заряжающим.

Лязг затвора, частые щелчки начинающего вращаться смертоносного механизма и снова — та-та-та-та-та-та…

— Магазин!

Та-та-та-та-та-та...

- Магазин...

Несмотря на десятикратное превышение в количестве бойцов, это был не бой, скорее, расстрел. Прежде чем трофейное орудие заклинило, как предупреждал пленный, Сарт успел расстрелять четыре магазина, на пятом орудие лязгнуло, поперхнулось — и вращение стволов вокруг оси замерло… Однако даже двум десяткам карабинов отряда Кинта работы почти не нашлось, все было кончено. Теперь грузить трофеи и уходить, быстро уходить.

Отряд расположился на привал, пройдя пару часов на восток. Нужно было проверить груз, напоить лошадей, перевязать раненых и похоронить тех, кто пал в бою… тех, кого не стали бросать на поругание взбешенному врагу и забрали с собой.

— Я думаю, — Брэтэ кивнул на орудие, прежде чем отряду снова тронуться в путь, — с таким оружием и война бессмысленна… сколько смерти разом.

— Но она идет, — ответил Кинт, набивая трубку, — и, похоже, она надолго.