Ал Коруд «Дорога»

1. Старт

Я еще раз задумчиво оглядел небольшую кухню своей квартиры и чуть не прозевал готовившийся на плите кофе. Не доверяю по многим причинам технике и потому варю его по старинке в турке. Зато всегда уверен в качестве напитка. А растворимые опилки уж пейте сами.

«Надо бы долить в термос, а где у меня лежит сахар?»

Я обычно не пью сладкий кофе, но нынче несколько иные обстоятельства. Есть! Маленькая коробочка кускового сахара находит свое место в большом контейнере с ухватистой ручкой. Он практичен в условиях поездки, разбит на отделения и в нем не надо судорожно копаться, чтобы быстро найти что-либо. В отличие от рюкзака все и всегда под рукой лежит себе спокойно на соседнем сиденье. Решаю еще раз проверить содержимое контейнера. Вдруг чего-то забыл или не учел.

«Полулитровый термос с кофе, сахар, банка паштета, галеты для намазки оного, упаковка с готовыми бутербродами, баночки со специями и солью, коробочка с пакетиками чая, вроде все на месте. Вода уже в машине».

Отдельно упакованы в вощеную бумагу булочки для бургеров и плавленый сыр. Это НЗ, который быстро не испортится. Скоростное, вредное и жутко калорийное питание. Да и я не на неделю еду и тратить время на готовку не собираюсь. Туда и обратно. Или… а потом неважно!

«А собственно куда я еду?»

К черту в эти минуты лишние мысли! И так заставить себя сделать шаг в нужном направлении было неимоверно тяжко.

Все собрано, выходим!

«Закрыть дверь на один замок. Вдруг…»

Почему я люблю отправляться в дорогу ранним утром? Не только из-за того, что можно быстро проскочить городские кварталы без заторов и пробок. Суета. Вот что меня реально бесит в современном городе!

Это постоянное мельтешение куда-то вечно спешащих и от этого еще более нервничающих автомобилистов. Но когда город замер, вымер на ночь, данное проклятье нашего времени уже нисколечко не досаждает.

Я совершенно спокоен, я нетороплив. Даже сонная заправщица, еле ворочавшаяся на кассе, меня ничуть не выводит из себя. Мы оба движемся в одном заспанном ритме и потому в конце действа даже улыбаемся друг другу. Машина заправлена под завязку, как и две двадцатилитровых запасных канистры. Хватит где-то на восемьсот километров пути, если он еще найдется. Мой «Лендкрузер» довольно прожорлив.

Со спокойным сердцем хлопаю дверью и неспешно выруливаю на трассу. На ней почти никого. Дальнобои еще не стартовали, суетливо спешащие из пригорода на работу офисные клерки еще спят. На дороге лишь те, кому в настоящий момент далеко ехать. Люди собранные и спокойные. Кто-то сразу набирает приличную скорость, хладнокровно без суеты обгоняя редких тихоходов. Я, как привык, еду в привычном режиме – цифра 100 застыла на спидометре и почти не колышется ни туда ни сюда. Экономичный режим для двигателя и для меня водителя.

На пустой дороге вскоре потянуло в сон, и я включаю музыку. Специально заранее настроил радиостанцию, транслирующую русскую попсу. Она здорово раздражает, потому отлично подходит при данных обстоятельствах. После одной ужасно тупой песни я начинаю смеяться и сон как рукой снимает. Позади остались расплодившиеся в последние десятилетия промзоны, где ничего не производят, и модные пригородные поселки, построенные для счастливого проживания населения города на лоне природы. Никогда не понимал, зачем горожане покупают там дома. Им ведь все равно мотаться каждый день туда-обратно. Возить детей в престижные школы, кружки и спортивные секции. Дурацкий размен бесценных часов собственной жизни на спекулятивную приманку «бытия на природе». В итоге ни жизни, ни природы, одна суета.

Наконец, к дороге поначалу робко, а затем со всей своей богатырской мощью вплотную приблизился русский лес. Белоснежные стволы красавиц березок, скромные, затерявшиеся среди других собратьев осинки, графично вычерченные треугольники темнеющих хвоей ели, вдали гордо желтеют стволами стройные ряды сосен. Вот мимо пронеслось затхлое болотце, клубы утреннего тумана еще не покинули его, выползая местами бесстыжими языками прямо на дорогу.

Солнце сегодня запаздывает, его скрывают низко висящие над горизонтом облака. Но день обещает быть теплым. На редкость хорошее нынче лето! Конец августа, а все кругом зелено и свежо. Приоткрываю окно, машина у меня старая, все надо делать вручную. Я специально не ставлю в нее ничего лишнего из электрики. Не хочется из-за необязательного комфорта терять настоящую японскую надежность. Во главу угла по важности у меня первыми стоят проходимость и простота. Потому и еду черт знает куда, полностью уверенный в своем проверенном экспедициями вездеходе.

Два часа езды на тихой дороге пролетело незаметно. Развилка. Мне уходить дальше влево от трассы к озерам. Туда обычно мотаются лишь одни заядлые рыбаки. Глухие таёжные края. Смотрю на показатель уровня топлива. Пожалуй, заправлюсь оказией до пробки. Лишние литры никогда не помешают. Киваю заправщику – «До полного!» и двигаюсь к кассе. Пока жду заправки, оглядываю помещение. Глаза натыкаются на десятилитровую канистру, продающуюся со скидкой.

Что-то будто бы подталкивает меня – «Бери!»

Снова улица, возня около машины с канистрой и опять касса. Но заправка пуста, никто никуда не торопится. День с его суетой еще не вступил в полновесные права.

- Мне еще, пожалуйста, ваш кофе. Американо, двести, и вот те батончики с орехами. Ага, два.

Следует, пожалуй, и себя «заправить». Пока возился возле дома с погрузкой, весь употел и калории потратил. С раннего утра обычно кусок в горло не лезет и завтрак в итоге получился излишне легким. Как там дальше будет непонятно, так что лучше сейчас закинусь.

Кофе пил тут же рядом с АЗС. На большой парковке уже заводили свои мощные агрегаты дальнобойщики, обходили сияющие чистотой легковушки, остановившиеся покурить и размять ноги путешественники. Обычная утренняя картинка для проходной точки на трассе. Я, не спеша пью кофе, откусываю батончик, думать сейчас совсем не хочется. Будет для этого еще время.

- Ого, какой зачётный агрегат!

Я с недовольным выражением на лице поворачиваюсь к подошедшему любителю раритетов. Не дают спокойно попить кофе и настроиться на нужную волну! Вроде уже и привык, что некоторые типы на улицах в мою сторону беззастенчиво таращатся, да на остановках с досужими вопросами пристают. Но что поделать, машина и в самом деле редкая.

- Это никак короткая семидесятая? – пузатый мужик с умным видом обходит мой пепелац кругом. Его глаза горят, а руки так и тянутся погладить внедорожник. Я знаю такие типажи. Будут вечно фапать на настоящую мужскую технику, но в итоге купят скучный городской кроссовер. Так и жизнь пройдет, а мечта не будет воплощена. Классика жанра. Маниловщина.

- Вроде был еще с утра им, - нехотя бросаю в ответ и ищу глазами мусорный контейнер.

- Редкая птица в наших краях. Дизель?

- Вроде. Извините, мне уже надо ехать.

Черт с ним, с мусором! Нет никакого желания вступать с кем бы то ни было в досужий разговор. Невежливо захлопываю дверь перед носом любителя и завожу мотор. Мужик с искренней обидой смотрит мне вслед. Он что, всерьез рассчитывал, что я потрачу на бессмысленные ответы собственное время?

Сонливость разом пропала, голова чистая, тело заметно взбодрилось. Так подействовали кофе, съеденный энергетический батончик и короткая остановка. В этом их прелесть – получение бодрящего эффекта с наивысшей быстротой. Второй батончик уходит в бардачок, а мне сейчас сворачивать налево навстречу несусветной глуши. Вечно мне по жизни везет на разнообразные приключения. От прошлых, собственно, эта машина и досталась.

Хороший, кстати, автомобиль. Легендарный вездеход «Тойота Лендкрузер 70» в двухдверном варианте. Узнаваемая морда, высокие шипастые колеса, короткая база, спереди установлен усиленный бампер с лебедкой, сверху на крыше экспедиционный багажник, сбоку узнаваемая трубка шнорхеля. Так что броды мне вполне по плечу. Четырехлитровый дизель на сто тридцать лошадок любит покушать, особенно на внедорожье. Даже девяностолитровый бак не всегда помогает справиться с его аппетитом.

Пройдет мой верный конь везде и куда надежней, чем наш сыпящийся запчастями прямо на ходу УАЗик. Не сказал бы что Крузер доставил за эти годы какие-то проблемы. Всегда был готов завезти меня или лихую компанию в самые глухие ипени. Сразу заметно, что этот японский пепелац создан для приключений на свою жопу. Одно из них мне сейчас, похоже, и предстоит. И вполне возможно, что последнее.

«Да хватит уж себя хоронить!»

«Так, вроде здесь сворачиваем. Точно! Вот та самая кривая сосна. Сейчас по идее мне надо уходить направо».

Я остановился посреди пыльного грейдера и внимательно вглядывался в сторону густой стены деревьев. Эту заброшенную лесную дорогу так просто и не заметишь. Если не знаешь, конечно. Вон как она петляет между деревьев. Надо же такому случиться! Один раз подвез человека, и в одночасье поменялось все в жизни. Не могу ни спать, ни есть, пока не разгадаю тайну этой проклятой дороги. Хочу сегодня пройти её до конца. Если он там есть, конечно. В прошлый раз испугался и повернул назад. Хотя Туда все-таки прошел.

«Да не ври сам себе! Ты боишься не дороги, а того, что существует большая вероятность не вернуться назад. Никогда! Но и здесь тебе уже ничего не светит. Может быть, врачи и врут, но…Проклятая неопределённость!»

Так, хорош кушать сам себя! На дорогу внимательней смотри! Вот и яму пропустил, болван. Переключаюсь на первую скорость и метров через сто неожиданно вываливаюсь из чащобы на широкую прогалину. Под колесами тут же начинает хлюпать. Странно, совершенно не помню здесь никакого болота. Пожалуй, не стоит переть на рожон. Чертыхаясь, двигаюсь на соседнее кресло, натягиваю резиновые сапоги и вылезаю из машины.

Вокруг начавшие желтеть заросли осоки, далее все теряется в странной мгле. По сторонам вода, прохожу немного вперед и ощущаю под ногами бревна.

«Да это же гать!»

Ну раз есть дорога, то, значит, по ней можно проехать. Так прямо в сапогах сажусь обратно в машину. Самая ходовая обувь в наших местах. Болото на поверку оказалось совсем небольшим. После него дорога пошла резко вверх, петляя между песчаных бугров и зарослей ивняка, и через несколько минут я оказался посреди соснового бора. Ого, какие высоченные деревья! Я точно еду туда? Хоть убей, но не помню ничего этого прошлой осенью. Зима миновала, лето почти прошло, пока я решился поехать сюда сызнова. Я бросил в сторону контейнера задумчивый взгляд. Пожалуй, сделаю здесь остановку, разомну ноги и выпью чашку кофе.

Лес как лес, бор как бор. Пахнет смолистым деревом, хвоей, под ноги сами собой бросаются кусты черники с ягодами. Эх, как же, хорошо, тут! То ли вечно радующиеся жизни сосны повлияли или кофе, но настроение опять боевое. Готов идти до конца. Дорога отлично просматривается, как и тот факт, что по ней если и ездят, то очень редко.

«Здесь!»

После очередного спуска начинается та самая чащоба. Странно, сюда ведут несколько путей? Казалось, что деревья стоят вдоль дорожного полотна сплошным частоколом. Дорога через него смотрится настоящим тоннелем. Сумрачно и сыро, я невольно поежился. Зато теперь в точности уверен, что еду в верном направлении. В первый раз я оставил Костю именно здесь. Дальше он сам пошел и навсегда исчез из моей жизни. Попал в беду или не захотел возвращаться? Хотя что ему здесь делать? Жена с дочкой погибли в автокатастрофе, родители от горя скончались. Ничего больше не держало моего давнего друга в нашем мире. А если нет якоря, то корабль уносит по течению в неведомые дали.

«А меня самого унесет, интересно?»

Хватит рефлексировать! Делом лучше займись! Забыл лихие юношеские годы? Как временами в челночных поездках солоно приходилось? И ведь ничего, не робел. Бандитов бил, не тушевался! Я открываю дверь и двигаюсь к багажнику. Где тут у нас потайной лючок? Я не тешу себя надеждой, что мимо него пройдут опытные сыщики или таможенники, но обычный постовой вряд ли туда заглянет. Поэтому через пару десятков секунд достаю из тайника брезентовый сверток. Прятать в нечто более герметичное не было надобности. Во мгле блеснул темным железом укороченный ствол. Придирчивый взгляд знатока тут же распознает в кулацком обрубке легендарную двустволку ТОЗ-54. Жаль, конечно, было такой превосходный агрегат портить, но он мне фактически задарма достался от лепшего кореша деда. Славный был охотник!

Моя-то помпа классика жанра Моссберг-500 лежит на заднем сиденье в чехле, как и положено при перевозке оружия. Там же ждут своего часа и сотня патронов. Все строго по закону. А этот обрез с увесистыми пачками неучтенных боеприпасов будет мне дополнительной страховкой. Не то чтобы я чего-то серьезно опасаюсь, но береженого бог бережет! Достаю из герметичного мешочка патроны с уменьшенным количеством пороха и заряжаю два с крупной дробью. Остальные засовываю в потайной патронташ. Сейчас еще осталось достать из чехла привычную рукам помпу и зарядить её. Да и патроны перекидать в патронташ и карманы. Мало ли что!

Я люблю все делать с запасом. Даже оружие приобрел на некий случай. Охотиться не особо люблю. Так, по мишеням пострелять, да дружков старых на стрельбы сопроводить. Зато сейчас я спокоен. Сажусь в кресло, отправляю Моссберг на соседнее сиденье, а обрез креплю в специальную нычку под крышей, чтобы в глаза не бросался. Включаем заранее полный привод, первую скорость, благо механика это позволяет. Аккуратно жму на педаль газа. Эту странную чащобу, выросшую на старых вырубках, я уже проезжал прошлой осенью, но сегодня точно уйду дальше.

До финала. Не знаю, что в этот раз ожидает меня на той стороне. В прошлый мой приезд была лютая стужа. Как раз такой по-настоящему зимний мороз меня и испугал тогда на самом деле. Я не был готов. Зато сейчас предупрежден о многом. Вследствие чего мой багажник и заднее сиденье забиты всяческим барахлом. Это я хорохорился что на пару дней собрался. Нет, брат, это путь в один конец.

«Лучше бы я не обнаруживал у Кости те распроклятые записи!»

2. Эй ты там, на той стороне!

В прошлый раз было как-то спокойней. Толком не знал, куда еду и почти не боялся неизвестности. Чего её бояться, если ничего не понятно? Логика! Опыт прошлых экспедиций, видимо, сказывался. Куда ведь только попадать не приходилось по прихоти наших научных руководителей и их заказчиков. И вот что самое интересное – в самых труднодоступных местах страны обычно попадались самые лучшие люди.

«Чем дальше в лес, тем толще партизаны».

Наверное, оттого в какой-нибудь страшенной с виду глухомани не ощущаешь такого острого чувства опасности, который частенько мерещиться на улицах огромного города. Нет, дикий зверь это иное. К такому обычно ты готов и ведешь себя соответственно. С животным чаще всего можно разойтись, если ты не полный идиот. Но всем искателям приключений известно, что самый страшный хищник на земле– это двуногий почитатель насилия.

Но обычно вдали от цивилизации что-то кардинально меняется в любом человеке, даже в не очень хорошем. Зачастую ему самому приятно увидеть хоть какое-то человечьем обличье. Факт в том, что даже ушлые урки или нелюдимые отшельники практически никогда не создавали нам проблем во время экспедиций. Вести просто надо себя с ними соответственно. Уважение и ласка, оно и кошке приятно. Выставишь на стол банку тушняка и бутылку хорошей водки, глядишь и отношения наладятся. Для непьющих - сладости сгодятся. Главное – уверенно покажи собственную приязнь.

Сразу вспомнился наш лихой проводник Лёха. У него за плечами остался спецназ с побегушками в кавказских горах, затем контракт инструктором по выживанию. Представляете, что это такое в СпН и их курсы выживания? И при этом худощавое телосложение, средний рост и всегдашняя улыбка до ушей. Улыбка! Чудесная Лёшкина улыбка и в Африке его не раз магическим образом выручала.

Как-то одним светлым днем покинул Лёха нас навсегда и ушел в свободное плавание. Нанялся в какую-то фирму и поначалу стал путем пробега по разным лихим местам рекламировать мотоциклы. Сначала относительно цивильная кругосветка, затем уже всяческие экзотики. Например, вся Африка с севера до юга. Питер — Одесса- паром до Стамбула – Турция – Сирия - Иордания – Египет – Судан - Эфиопия и дальше по тропической Африке на самый Юг.

Даже вышедший на тропу в джунглях чувак с Калашом, завидев фирменную Лёхину улыбку в ответ сразу улыбнулся и пригласил мотоциклиста в гости. Наш путешественник опосля резонно заметил, что самый опасный регион на его пути оказался в конце пути - в Южной Африке. Самая богатая страна континента была и самой криминальной. Вот оно как бывает!

Проезжая окружающий дорогу и наводящий настоящий ужас «частокол», я буквально вцепился в руль. Догадываюсь, что иду «тропой Харона». Нет, это не дорога в АИД, но не в мир людей точно! Машина неспешно переваливается на многочисленных, пересекающих трассу корнях. Деревья по сторонам разрослись в сплошную стену, вылезая нижними «конечностями» на дорожную поверхность. Это не позволяет увеличить скорость. Ну и вдобавок здорово подозреваю, что здесь категорически запрещено передвигаться быстро.

Сердце ухает так, что аж слышен его гул. Только сейчас обращаю внимание, что я не выключил радио, но в эфире нет даже фонового шума. Стало душно, но открывать окошко боязно, включаю кондиционер и вскоре глубоко вдыхаю свежий воздух. В голове зашумело, перед глазами запрыгали «чертики». Не хватает еще в этом проклятом тоннеле окочуриться! Не узнав все до конца.

«А я готов дойти до финала? Не ври только сам себе. Готов!»

Причина этого отчаянного решения не самая хорошая, но о грустном после. Наконец, я замечаю, что впереди проглядывается долгожданный просвет. В этот раз «тропа Харона» далась мне неимоверно тяжело. Но все когда-нибудь заканчивается. Так и есть! Сумрачная чащоба расступается в стороны, и поверхность начинается понемногу подниматься. Вижу холмы, поросшие светлым сосняком и только сейчас замечаю, что Здесь поздняя осень.

Ну это не самый худший вариант. В прошлый раз я оказался в лютой зиме, и это меня стопарнуло. Да тогда так до конца и не поверил в настоящесть происходящего, такое все вокруг смотрелось нарочито обыденным. Без яркой киношной магии, как будто, так и надо! Но я же прошел самый настоящий портал между мирами! Еще некоторое время считал, что мне все пригрезилось и не хотел поверить в реальность этого мира до конца. Пока не нашел и не расшифровал записи, которые Костя оставил у себя дома. И написал их не он, а человек с большим опытом перемещений по мирам. Сейчас уже и не узнаешь, кто настоящий хозяин. И где он нынче.

«Как в старом добром ужастике. Мы нашли в подвале книгу, открыли её и…началось!»

Подкатываю к резкому подъему и понимаю – что-то изменилось. Следовало бы остановиться и осмотреться. Хорошо, что сапоги уже надеты, осталось прихватить ружье и выйти наружу. Ох, свежо, однако! Заглядываю на заднее сиденье и поддеваю под штормовку флисовку. Пожалуй, тактические перчатки также будут в тему. Вещь на самом деле зачетная, если ты двигаешься на чем-то скользком или неустойчивом. Руки не поцарапаешь, да и цепляться в них удобней.

Короче, нефиг понтоваться, все придумано до нас!

Поднявшись на склон, понимаю, что здесь не так. Летние ливни или чрезмерно дождливая осень размыли часть и так довольно крутого подъема. Сейчас стоит тщательно продумать маршрут наверх, по дороге точно не проехать. Здоровенная вымоина и вылезший наружу огромный корень перегородили основной путь. Вот, пожалуй, здесь, надо чуток повернуть направо и обогнуть вымоину по песку, покрытому жухлой травой. Пинаю склон ногой. Почва здесь вроде твердая, обратно не скачусь. Или сразу поставить понижайку? Да нет, и так пройду! Резина у меня на автомобиле поставлена «вездеходная».

Так и оказалось. «Тойота» лишь разок буксанула левым задним колесом, слезая с размытой дороги, а дальше короткий «Крузак» без проблем забрался по крутому склону наверх. Нормально! Настроение сразу улучшилось. Это всегда так. Удачное начало свежего маршрута задает тон всей экспедиции. Застарелая и наивная примета, но почему-то завсегда действует. Вот и не верь в чудеса!

Мы, «полевики» народ суеверный. Ладно наше поколение сурового заката советской империи. Мы все-таки воспитаны на научно-технической революции и светской литературе. Вот до нас такие «аксакалы» в институте встречались, что им впору сибирскими шаманами быть. Но кто его знает, с чем и кем им приходилось в дальних странствиях встречаться. И техника тогда была хуже, да и финансирование проще. Мир же однозначно жестче. Настоящий!

Так что и ты не раскисай!

Я неспешно подкатывал к той границе, где в прошлый раз остановился. На самом склоне снег был сдут ветром, а дальше меня здорово напрягли преградившие путь большие сугробы, сквозь которые еле угадывались чьи-то следы. Сейчас же путь совершенно свободен, и я легонько поддал газу. Интересно, откуда в этом месте взялась бетонка? Такие в советское время строили в глубинке, если на асфальт никто не раскошелился. Попользовались, сняли и уехали.

«Жить стало лучше, жить стало веселей! Курите гончубас!»

Раз есть такая хорошая дорога, то, значит, она куда-то ведет. Правильно говорю? Уже первая зацепка, что откровенно радует. Ибо вступаю я на тропу неведомую и незнаемую. Внезапно метров через пятьсот спереди обозначилась обширная прогалина. Я с мрачным интересом замечаю странный круглый лужок с пожелтевшей травой и тут же обнаруживаю развилку.

«Что за черт?»

От неожиданности я даже не сразу нажал на тормоз и чуть не проехал место, где пути расходились.

«Ну и дела!»

Эту замуту, пожалуй, стоило обмозговать. Спешить мне некуда, пока не дойду до…

«Кстати, до чего?»

Я так и не определился, до каких крайностей мне стоит идти. Да и какая, собственно, разница? Один фиг обратно мне без резона дороги нет. Если все окажется так, как я предполагаю, то и возвращаться попросту незачем. Разом концы обрублю! Уйти красиво на склоне лет, кто не мечтает о таком? Но это все, граждане подсудимые, лирика, сейчас надо решить, в какую сторону мне поворачивать.

«Твою ж дивизию налево! Точно богатырь у камня. Направо пойдешь – проблем огребешь. Прямо - идти до отвала. Ну а налево - оно тебе надо?»

Я со вздохом подхватил верный «Моссберг» и на такой радостной нотке вывалился на улицу. Сразу пробрало до печенок промозглой осенней сыростью. Я даже невольно поёжился и застегнул флисовку до конца. Резкий контраст с летом в данном случае был особенно примечателен. Повесив помповик так, чтобы он был всегда наподхвате, вытащил из рюкзака бинокль и неспешно выдвинулся вперед. Подозрительно тихо. Как будто все вокруг вымерло. Хотя, как еще может быть в лесу поздней осенью? Птицы уже свалили на теплые курорты, медведи поудобней устраиваются в берлогах, волки сбиваются в стаи, грибники-ягодники сезон закончили. Межсезонье, одним словом.

Под ногами хрустят листья, ветки, справа желтеют стволами огроменные сосны. Таких великанов нечасто встретишь в современном лесу. Их зеленые вершины теряются где-то далеко вверху. Но сосны — это хорошо, зато видимость в ту сторону открывается прекрасная. Незаметно близко ко мне подобраться не получится.

«Хм. А я кого-то жду в гости?»

Вот странный круглый лужок, наоборот, вызывает смутную тревогу. Густая пожелтевшая трава, мелкий кустарник. Вот там можно запросто спрятаться. Да и стрелять в ту сторону не с руки. Не зря егеря всегда идут по часовой стрелке, открывая обзору «переднюю верхнюю раковину». Потому резко забираю дальше справа, проходя между сосен. Ноги мягко ступают по толстой подушке из опавшей хвои. Пахнуло смолой и разогретым деревом. Недавно светило солнце? Я еще раз внимательно осматриваю окрестности, поправляю ружье и выхожу на «перекресток».

И в самом деле, больно уж это место смахивает на настоящий перекресток, что попадаются даже на глухой трассе. Вон и столб стоит с куском ржавого железа. А ведь это был дорожный знак! Подхожу к нему поближе, чтобы разглядеть и нервно хватаюсь за «Моссберг». Стала отчетливо заметна россыпь оспин на смятом от удара железе. Здесь кто-то стрелял дробью? Любимое занятие подвыпивших недоохотников.

«Черт! Черт! Черт!»

Так, спокойно! А ты что хотел? Найти здесь абсолютно безлюдный мир? Наоборот, радоваться должен, что в таких местах именно люди живут, а не пойми чего. Мистики мне еще чухонской не хватало. Лешие, Лихо, Кикиморы. Кого только из глубины веков к славянам не прибивало. Я слишком давно внутри науки, чтобы принять на веру псевдоязыческую чертовщину. Скорее могу поверить в разлом пространства-времени или его искажение, чем в магический портал и существование нежити. Магия априори невозможна, даже ничего мне не доказывайте! Во всяком случае наша Вселенная под нее не заточена. Атом свинца не может стать атомом серебра по мановению руки.

Поднимаю бинокль к глазам и внимательно осматриваю обе дороги. Направо идет грунтовка, больше всего смахивающая на какой-нибудь лесовозный зимник. Глубокая разбитая колея, наверняка на ней запросто можно завязнуть. По таким технологическим проездам катают чаще всего зимой. Здесь же все еще вдобавок заросло травой. Прохожу по ней метров на сто вперед - никаких следов не видать. Но дорога прямая, как будто прочерчена через лес по линейке.

Неспешно двигаюсь налево. Дьявол меня подери! Да этот лужок ведь некогда был кругом для кольцевого движения! Получается, что раньше здесь чаще ездили? Но сейчас все как минимум как несколько лет полностью позаброшено. Вон даже ивняк успел прорасти! Я обошел круг и остановился в недоумении. Дальше между островками леса кривой лентой тянулась бетонка. В бинокль было отчетливо видно, что дорога проезжая и в неплохом состоянии.

«Ну что ж, хоть ясно куда дальше ехать».

Перед стартом я решил перекусить, чтобы затем нигде не останавливаться. Неспешно на свежем воздухе пил горячий кофе и поедал бутерброд. Острый сыр и хумус с прослойкой из латука отлично дополняли друг друга. Калории, белок и углеводы с витаминами. Кофе взбодрил и неожиданно остро захотелось закурить. Я бросил курево лет как двадцать назад, но иногда позволял себе сигары в хорошей компании.

«Да почему бы и нет?»

Двигаю к багажнику и достаю из недр «Закромов Родины» небольшой пластиковый ящичек. Это старый загашник для утра после дружеских посиделок. Фляжка с ямайским ромом, сигареты, спички, сухой спирт, сигариллы и прочая полезная мелочь. Достаю из жестяной коробочки один из коричневых цилиндриков и чиркаю спичкой. Как же чертовски приятно вдохнуть вредный канцерогенный, но до ужаса ароматный дым! Счас бы еще коньячку граммов так… сот накатить!

«Это какого черта со мной происходит? Я же в ином измерении. Начинай размышлять серьезно!»

Пахнуло хорошим табаком, я дополнил ощущения глотком кофе. Давненько не испытывал подобного удовольствия! И что удивительно - с виду обычный бутерброд показался мне необычайно вкусным. Это что же получается – это странное место усиливает все наши ощущения?

Я прислушался к себе. Запах, вкус, затем задумчиво потрогал рукой обшивку салона. Так и есть, все чувства обострены до предела, как будто я закинулся неким наркотиком. Ну кто не баловался таблеточками во времена расцвета рейва в первых ночных клубах? Сейчас все действо опошлилось. Слушаю иногда молодых коллег и понимаю, что они «настоящей жизни не видели». Клубная движуха напрочь выхолощена и лишилась подлинного драйва.

«Как скучно мы стали жить!»

Да успокойся! Кто жил весело, уже не с нами! Но интересно…Подхожу к сосне, прикладываю к шершавой корке руку и тут же отдергиваю её. Да не может быть! Мне почудилось некое пульсирование. Внезапно я услышал характерный стук. Ха, это дятел колотит дерево в поисках вкусненького. А ведь он далеко, километра два минимум. Ничего себе проявились способности! И не сказать, чтобы это очень хорошо. Много лишней информации также плохо. Надеюсь, мой организм сумеет приспособиться к местному информационному полю.

Да, в эту теорию я как раз верю! Потому что она материальна.