Виктория Романова
Наказание часть 2

Утро, мысли, обрывки снов, возвращение в реальность. Тело приятно ноет. Небольшой дискомфорт доставляют чуть припухшие половые губы.

Да, драли меня вчера знатно. В два ствола, с напором, с диким необузданным желанием и первобытной похотью самцов, зажавших в пещере аппетитную самку. Вдвоём, и мне не стыдно. Или стыдно? Мне стыдно, за то, что я получила столько удовольствия, сколько не было за все десять лет супружеской жизни. Нет, муж не виноват. Это меня всегда манил запретный плод.

Я очень хотела, чтобы меня поимели сразу двое мужчин. Мечтала ощутить в себе пару горячих членов. Нет, не в одной дырочке, и не в двух. Один должен поставить меня раком и трахать загоняя член по самые яйца, с силой сжимать ягодицы и называть своей сучкой. Второй должен смотреть как меня имеют и давать мне в рот. Никаких: «А второму я делаю чувственный минет.» Мужчина должен быть самцом. Подошёл, взял за волосы, и дал за щеку. Пока я сосу, он смотрит, как другой натягивает мою киску на свой член. Видит, как я подмахиваю, стараясь насадиться поглубже, как мельтешат от толчков мои груди, прося ласки в его руках. Это прелюдия, он знает о том, что скоро они поменяются местами и его насосанный до железного стояка елдак нырнёт в горячую, истекающую соками промежность шикарной женщины с плоским животиком и упругой попкой.

Вчера моя мечта исполнилась. Муж и его друг трахали меня весь вечер и полночи. Спасибо, конечно, мужу за такой подарок, но я до сих пор не очень уверена, что это правильно. Но, и муженёк не без греха. Оказалось, он всегда хотел посмотреть, как меня трахает другой мужчина. Не подсмотреть, а смотреть и давать советы, как и куда мне засаживать. Конечно, это странное и дикое желание, но вчера всё случилось.

Честно говоря, сначала мне было не по себе. Мужчины выпили коньячка, и друг мужа стал меня лапать. Конечно же я была в шоке, но потом всё стало понятно. Мужа я люблю, и даже после вчерашнего мои чувства не угасли. Это звучит странно, но у нас как-будто начался второй медовый месяц. Мы избавились от съедающих нас диких сексуальных желаний, мы сохранили семью, а наши маленькие шалости, шалостями и останутся.

Гена проснулся. Странно, но после такого бурного секса у него эрекция. Его огромный член вызывает у меня удивление и восхищение. Откинула одеяло и померила его приложив к этому горячему столбу свою руку. Получилось: длина от кончиков моих ногтей и сантиметров на десять выше запястья. Чтобы обхватить ствол пальцами, потребовалось две руки. Гена приоткрыл глаза, взял меня за волосы и попытался ртом насадить на свой член. Ну уж нет! Я своё вчера отработала. Подъём, завтрак, и кто-то обещал купить мне красную машинку.

При упоминании о своём обещании муж расстроился. Ну да, он хотел свою поменять, а тут я.

— Солнышко, может через полгодика? — сделав жалостливое лицо, спросил он. — Давай потом купим?

Гена тоже остановился, едва начав открывать входную дверь. Я сидела на пуфике и надевала туфли.

— Ну зачем тебе сейчас машина? Скоро осень, дождь, слякоть, грязь. Всё время грязная будет, да и в конце лета машину покупать примета плохая. — продолжил он.

— Это кто сказал про примету? Какая осень? Середина июля во дворе! — возмущённо ответила ему.

— Народ сказал. — ответил он.

Врёт гад, не говорят так, сам, наверное, на ходу придумал.

— А хочешь, я тебе ещё об одной примете расскажу? — спросила его.

— Давай! — согласился муженёк.

Я встала, сделала шаг к Гене, расстегнула ему ширинку. Достала растущий на глазах член, и став на колени, стала его облизывать. Гена задвигал тазом пытаясь загнать его мне в рот, но я не давала этого сделать. Облизывала ствол по всей длине, немного касаясь головки, от чего Гена вздрагивал. У мужа от такого вида взгляд стал как у кролика, загипнотизированного удавом. Гена закрыл глаза и не прекращал попыток, двигая тазом, засунуть свой прибор мне за щеку.

Я встала, упёрла руки в бока и сказала:

— Вот вам новая народная примета. Если я не увижу сегодня ключи от машины, вы не увидите этого больше никогда!

Людей в автосалоне не было, только мы втроём и пара консультантов — воскресенье десять утра, все ещё спят.