Категории
Жанры
ТОП АВТОРОВ
ПОСЛЕДНИЕ ОТЗЫВЫ  » 
Главная » Фантастика » Раздолбай
Денис Пронин: Раздолбай
Электронная книга

Раздолбай

Автор: Денис Пронин
Категория: Земля лишних
Жанр: Фантастика
Статус: доступно
Опубликовано: 20-02-2016
Просмотров: 5433
Наличие:
ЕСТЬ
Форматы: .fb2
.epub
   
Цена: 100 руб.   
КУПИТЬ
  • Аннотация
  • Отрывок для ознакомления
  • Отзывы (8)
Помотивник по "Земле лишних" Андрея Круза. Почему не фанфик? Потому что обстоятельства перехода не отвечают канону. В остальном я постарался соответствовать ему.
Со стрельбища к Араму я приплёлся довольный, усталый и слегка кровоточащий. Пахло от меня порохом, маслом и потом, штаны и футболка обзавелись свежими украшениями (грязь и оружейное масло), набитое плечо ныло, но настроение было – на пять с плюсом. «Вспомнил детство золотое!». Кир Соломоныч (в процессе общения автомат потребовал имя – я не возражал), вычищенный, но голодный (патроны кончились) спал в сумке. Кровоточил из-за него – ободрал палец, снимая для чистки газоотводную трубку. Похоже, до меня к нему в кишочки только двое лазили – сборщик на заводе и тот, кто его довольно аккуратно перед продажей чистил.

Конечно, голова и жопа выразили определённое беспокойство по поводу появления нового участника наших бесед, но я их убедительно успокоил припоминанием былых обитателей теремка – машин, покойной кошки Киры, живой Прухи… На Прухе они успокоились окончательно и предложили сперва зайти ей за хавчиком, а уж потом идти мыться. Так и сделал – взял у Арама наструганного сырого мяса и, заверив его, что приведу себя в порядок и спущусь, поднялся к себе. Пруха встретила мявом, впрочем, после выдачи мяса перешедшим в мурчание. Уложив баул возле кровати, я оперативно помылся и, напялив треники и футболку с Че Бурашкой, пошёл есть и пить от щедрот Арамовых.

Утоляя голод мясом местного заменителя коровы, задумался о компе и месте его в моей жизни. Дома – окно в мир, средство связи, хранилище нужной и не очень – книг, фильмов, музыки – информации, игры, здесь он напоминал чемодан любимый без ручки – нести неудобно, выкинуть жалко. Продать – а кто купит? Приостановил прием пищи, встал и пошёл искать Арама. Найдя, предложил побеседовать, если время есть. Услышав в ответ: «пять минут – и буду» – пошёл доедать.

Арам подошёл, когда я подбирал хлебом остатки соуса и мясного сока с тарелки. Водрузив на стол кувшин вишнёвки мне и недетскую кружку пива себе, сел напротив.

– Э, красиво ешь! Вчера меня переел – а я кушать люблю! И пьёшь красиво – долго и много, но не жадно!

– Слушай, не смущай! И так боюсь в зеркало смотреть – вдруг там уже не я. А дело такое: есть комп, рабочий, но мне он не то чтоб не нужен, а не приспособить его никуда. Нет мыслей по поводу его пристроить куда-нибудь кому-нибудь? Он свежесобранный, месяца три всего как, монитор – тоже новый. Тебе, кстати, не надо?

– Давай выпьем, посидим, поговорим, а как допьём – пойдём, посмотрим и ещё поговорим!

Спустя литр вишнёвки (я) и литра два-три пива (Арам) мы поднялись ко мне. Пооткрывав программы, повключав музыку и кино, Арам задумался. А меня осенило.

– Арам, давай так: я его у тебя оставляю. Ты его используешь по надобностям и желаниям, а я, как место себе найду, заберу.

– Э, а если сломается – что делать мне?

– Да ничего! Помер Максим – и… с ним! Ты ж его ломать сам нарочно не будешь? Я-то в метаниях его быстрее добью. А так ещё и повод встретиться будет!

– Хорошо сказал! А игры есть? Как сюда приехал – не играл, некогда было, да и на Земле не особенно…

– Есть «Санитары подземелий» – наша, отечественная, и «Элдер Скролл» – бродилка с магией. Только давай я себе на карты скину киношки с книгами и оттащим всё к тебе.

Копирование библиотек на SD-карты заняло минут пятнадцать, после чего мы оттащили электронику к Араму на первый этаж. Оставив Арама резвиться на игровых просторах, вернулся в номер и, оперативно стиранув замаслившийся во время пострелушки гардероб, завалился спать.

Проснулся сам, минут за пять до истошных воплей в коридоре «вейка-а-а-а-ап!» Дав понять хриплым со сна голосом, что встал, умылся и, напялив чистое, но слегка влажное, спустился в бар. Будилка-официантка не наблюдалась, зато в наличии имелся помятый красноглазый Арам. Поздоровавшись и выслушав ограниченно-цензурный монолог (минут на пять) на тему «Кто так игры делает – непонятно, но не оторваться», попросил завтрак и кофе. Арам рявкнул что-то в пространство, выслушал откуда-то ответ и, сказав, что завтрак сейчас будет, а он пошёл, а то у него там очень важное дело, свалил в направлении закутка с компом, не видя ничего вокруг. Мысленно пожелав ему гасить талморцев – ну как-то не полюбились они мне – я сел за столик возле барной стойки и ушёл в себя. Настроение было не ахти. Вроде и выспался, но переспал – не с кем или чем, а по времени. Снилась какая-то бредь, вероятно, по Стругацким, «Бред взбудораженной совести».

Тревожное и грустное состояние слегка развеяло появление, радующее глаз любого мужчины утром, картины «Девушка с хавчиком». Хоть и девушка не моя, и хавчик за деньги, но настроение поднялось. Кроме завтрака барышня принесла блюдце с какой-то сырой рыбой. Ткнув в него пальцем, мяукнул, и, получив улыбку и кивок, поблагодарил, прижавши руки к сердцу. Девушка улыбнулась ещё раз и, сказав что-то непонятое мной, отошла за стойку бара, а я принялся за еду.

Минуты через четыре, на исходе громадного омлета с ветчиной и какими-то травками, поймал себя за мысль о возможности перекрашивания девушки в рыжий цвет. Судорожно проглотив недопережёванное, хлебанул кофе – и тут открылась дверь, и ввалился Михаил. Полное ощущение, что его жевали и терзали. И процесс этот начался прям в арсенале, как только я ушёл, продолжался всю ночь и вот буквально минуту назад его отпустили. Упав на стул рядом, без здрассьте, он выдал хвалебную оду своей Ниночке. Вслух порадовавшись за него и Ниночку, я предложил ему пожрать и, благо до поезда было ещё часа три, метнуться за какой-нибудь одёжкой и, главное, обувкой. Он согласился, и через полчаса мы уже общались с представителем местных повелителей вещей.

Поезд я встречал в обновках. Камуфляжные штаны даже успел подшить по длине. Новые кроссовки приятно держали стопу, мир хорошел с каждой минутой. «Деньги есть, бумаги есть, оружие взял Мишка, вроде всё «дас штимт», ничего не забыли…», – по третьему кругу вертелось в голове. Пыхтя паром и поражая воображение, поезд подошёл к перрону под всплывшие ассоциации с Диким Западом и Восточным экспрессом.

Сев на скамьи типа наших электричечных, занялись каждый своим – Мишка «отбился», причём сопеть и похрапывать он начал, едва вошёл в вагон, а я погрузился в беседу (мысленную) с соскучившимися по общению кумушками. Голова строила радужные планы, как всегда поражая оптимизмом, типа всё дадут и денег не попросют, жопа же причитала, что всё дорого и хватит ли денег, а то ведь надо всем сунуть… я ловил кайф, их слушая, пока на словах «всем сунуть» не проснулся ещё один непременный участник наших фестивалей мысленной речи. Приговаривая: «Ага-ага, правильно, щас всем сунем, и рыженькой, и официанточке Арамовой, и напарницу я её ещё вчера заприметил, а Ниночка-душка где – и её порадуем», – он встал во весь рост и отчитался: «Я готов! Где объекты сувания?»

Порадовавшись за бойца, тем не менее, я разразился краткой речью, основными тезисами которой были: Нину не трогать – чужое, официанток тоже, ибо неизвестно, как на это посмотрит Арам, про рыжую вообще пока забыть, ибо обаяем, присунем и свалим – это не вариант, дать понять, что небезразлична – можно, выживу, найду место и цель – вернусь, и тогда охмурим и увезём в даль светлую, подвернётся вариант на раз без обид и претензий – тогда себя и покажем, а пока спи, но чутко и настороже.

Боечик внял и унялся, а я пошёл раздавать на орехи голове и жопе. Первая отделалась устным выговором за провоцирующее всех головокружение от хоть и наличествующих, но скромных успехов. Второй было поставлено на вид за паранойю и нытьё, плещущее через край, и выговором с занесением «а ещё раз повторится, и узнаешь – куда!» за употребление слова «сунуть». И, попросив более не употреблять эвфемизмов типа «спрятать колбасу», «загнать Артёмку в депо» и прочих и поблагодарив искренне всех, включая спящих, закрыл заседание и стал просто смотреть в окно. И проснулся от гудка уже на подходе к «Северной Америке».

Глава 7

База «Северная Америка». Первый визит

В прибытии на станцию базы ничего празднично-фееричного не было. Поезд, как-то устало фыркнув, остановился у перрона, и мы вышли на платформу. Не было хора цыган с песней «К нам приехал, к нам приехал…», медведем и плясками, не было и пионеров с цветами. Группы солидных дядек в костюмах и транспарантов, славящих и приветствующих, как-то тоже не наблюдалось. Если б не сумка с оружием и шипение-пыхтение уходящего поезда, влекомого паровозом, то получалась не черт-те чья база чёрт-те где, а «Новоиерусалимская» в июле в середине дня – тихо, жарко и безлюдно, только вместо кассы – КПП, через который, после предъявления Ай-Ди и опечатывания сумки с оружием, нас впустили на территорию базы. Сверившись с плакатом, на котором был изображён план окрестностей и стояла точка с надписью «Вы здесь!», мы бодро отправились в местный гараж.

Дойдя и найдя, вошли в кабинет местного босса. Босс, здоровый полный дядя, назвался Филом и поинтересовался причиной нашего появления. Представившись в ответ и представив Михаила, я протянул ему послание от начальства Базы «Россия и Восточная Европа», давя в себе желание поинтересоваться, некро- он или педо-, а может и вовсе механо-Фил. Факт существования документа вызвал у него удивление средних размеров – челюсть не отвалилась и височки не поседели, содержание восторга не вызвало, но и недовольства и возмущения тоже. Хмыкнув и потерев загривок, он поинтересовался, а чего мы, собственно, а точнее – я, хочу. Человеком он показался нормальным, зубы посекундно не оскаливал в улыбке, а если улыбался – то всем лицом и глазами особенно, поэтому я спросил разрешения начать с самого начала (через переводчика Мишку) и, получив его, вывалил всё – не в смысле «в начале было слово…», а в смысле «все там, а я здесь». После добавил, что полагаюсь на его мнение и вкус в этом вопросе (в смысле транспорта) и что благодарность моя не будет знать границ в пределах разумного, а может, и перейдёт её.

Во время рассказа Фил хмыкал, охал и тёр загривок так, что я начал подумывать о сопровождении его в местный ожоговый центр. Дождавшись окончания перевода, он на пару минут задумался, а потом встал и предложил следовать за ним. Ну, мы встали и пошли на выход.

С час, наверное, мы втроём ходили, осматривали, залезали и вылезали, крутили ручки и баранки, двигали «под себя» сиденья и выслушивали предложения и объяснения Фила. Его лицо с каждой минутой делалось всё задумчивее, и наконец он предложил пройти в холодок и побеседовать. Мы прошли в его офис, подоили кулер и расселись.

– Дэн, каково решение?

– Блин, Фил, глаза разбегаются… Столько вкусностей... Что хватать – не знаю! Это ж осуществлённая мечта – автосалон-фри! А сам-то что посоветуешь?

– Мы с тобой в разном положении и вообще разные. Я сюда ехал сам, а ты попал по воле Божьей а не по своей, а это бо-о-о-ольшая разница. Поэтому выслушай. Жить тебе негде, дела своего или занятия по душе пока тоже нет. Всё, что у тебя есть – ты сам, кошка и вот эта – он потряс орденскую цидулю – волшебная бумажка. Поэтому вот тебе совет: сейчас ты у меня ничего не берёшь. Болтаешься до вечера по Базе, занимаешься, чем хочешь, до вечера, а вечером на поезде валишь на «Западную Европу». Там ночуешь (Мишка выражал огорчение и печаль), а утром идёшь в такую же контору, как моя. Там находишь Марко Шрайдера – он там зам босса и мой знакомый, я вечером с ним свяжусь и о тебе расскажу. У них там и выбор побогаче, и грузовики есть – и гражданские, и военные. А не подойдёт ничего – вернёшься, и будем думать дальше, бумага твоя «срока годности» не имеет. Да, кстати – Марко и по-русски умеет, так что… Да, отметку ещё поставлю, что бы за проезд не платить и вообще вопросов не было.

Вот же ж мать же ж… Перспектива «катания на колбасе» по местным опорным пунктам внеземной экспансии как-то не возбуждала… а хотя – чего я теряю? За погляд денег не берут, времени потеряю максимум полсуток – да была, не была!

– Фил, на предложение согласен. Спасибо! Чем обязан за беспокойство?

– Ничем! Мне это ничего не стоит, находится в моей компетенции – какие проблемы-то?

Сердечно распрощавшись с Филом, мы покинули его «автосалон» и направились обратно к станции. По дороге в голове вертелось где-то прочитанное: «Сержанты делятся на два типа: одни ни за что не выдадут тебе положенное, опираясь на инструкции и положения, другие по тем же инструкциям обеспечат всем и ещё выдадут то, что не положено». Фил на сержанта не тянул, минимум на офицера какого-нибудь – хотя кто его знает, кто у этих америкосов на складах сидит, «они ж там все малахольные»… Сделав зарубку в голове, что надо придумать, как отблагодарить его, остаток пути до станции посвятил планам на ближайшие сутки.

Узнав, что до вечернего поезда почти десять часов, и выяснив, что магазины работают и пожрать есть где, решили перекусить и обсудить планы для начала. Минут десять неспешного шага – и вот мы сидим и ждём заказанное.

– Миш, дело такое… Плинтухать со мной к западникам тебе нужды нет, да и особого желания – тоже, так? Тогда идея следующая: мы с тобой сейчас занимаемся шопингом, убиваем, по возможности с пользой время, а вечером садимся и едем – ты в «Россию», а я – к бундесам. Только к тебе две просьбы – мои покупки закинуть к Араму в мой номер и Пруху покормить. Лады?

– Лады! А справишься без меня?

– Ну, как я понимаю, немецкий у нас обоих на уровне фильмов про войну и немецкого порно, так что двое славян, тараторящих «я, я, натюрлих яволь» и « их лебе махен» вперемешку с «хенде хох», «ихь шпритце» и «Гитлер капут» могут вызвать ненужный ажиотаж и панику. Да и у тебя есть цель, Монтекки отечественный, так что понесёшься в вихре удовольствия, а я завтра днём вернусь, найду тебя, и будем думать дальше. Ага?

– Ага! А Пруху чем кормить?

– Арам знает, ты ж мимо него ко мне не попрёшься…

Тут принесли заказанное, и под ничего не значащий треп мы умяли по хорошему такому куску жареного мяса с рисом и салатом под местную вишнёвку – ну понравилась она мне, «сладкий пьяница» я. Дома я кристалловский «Спотыкач» уважал очень… Дома… Блин, настроение пошло в отвесный полёт… Что-то делать надо, как-то известить, сообщить, что живой, а то какую-нибудь ересь придумают про взрыв газа или баловство с СВУ… И от меня – ничего, кроме грязного белья в стиралке, и от Прухи тоже ничего, кроме шерсти на ковре и дерьма в лотке… Если уцелело вообще что-нибудь… Беседа завяла, мясо кончилось, и, допив «компот», мы вышли на солнцепёк и поплелись к «огням витрин».

Глава 8

Ну, насчёт огней витрин я, конечно, погорячился. Хотя оружейный магазин внушал, подавлял и сносил голову. «Ашан – Химки», ёпта… За стойкой «бара» с антикварно выглядящей кассой сидел негр в форме явно не рядового – вся она была облеплена какими-то нашивками, шевронами, петличками и значками и «шестью рядами фруктового салата», вот всплыло же!. А дальше… Прям какое-то опустошение в душе, пополам с восторгом. Хотелось всё потрогать, говорить шёпотом, внимать мудрости продавцов-консультантов, кивать согласно… А ПОТОМ ПОСТРЕЛЯТЬ ИЗ ВСЕГО!!!! И СРАЗУ!!!! Детство, конечно, и не только в жопе, но… Кто не мечтал в детстве оказаться ночью в музее Вооружённых сил СССР? Я мальчишек имею в виду… Кто не мечтал оттуда спиздить хоть что-нибудь?? Мишка тоже молчал, поражённый изобилием. Первой отмерла жопа, затянув что-то типа: «Ой, бля, да не надо ничего, все деньги потратишь, а потом…» Но голова уверила в своём согласии с моей персональной идеей: тушкой, чучелком – но с пустыми руками отсель не уходить.

Поздоровавшись, мы прошли в собственно торговый зал. И чего тут только не было… на любой вкус, цвет и размер. Наверное, спроси я: «А нет ли у вас такого же, но с хрустальными пуговичками?» – тут же бы вынесли. Минут 10 ходили молча, обмениваясь жестами и неопределённо-матерными восклицаниями. Но вдруг жопа, первой успевшая за глазами, завопила: «Ой, бля, только не это!!!» Глаза жадно уставились на автомат Томпсона. Взял в руки. Увесистый. Прихватистый – две рукоятки. Диск, как у ППШ... даже больше… «Маешь вещь!» Жопа плачущим голосом напомнила, что это ж тягать завтра… Это дорого… Это – старое… Но я уже просил подойти консультанта, выглядевшего, конечно, не так солидно, как главный за прилавком, но и дебилом не кажущимся. Тот озвучил цену – 270 экю (меньше половины Соломоныча!) и предложил пройти «на кассу», там всё расскажут и покажут.

Сержант при виде меня с покупкой оживился, во взгляде его скользнуло что-то типа «Как дети, ей богу» в исполнении Абдулова в «Гении». Читая лекцию о происхождении, детских болезнях, успехах в школе и личной жизни моей потенциальной – да кому я вру-то? просто моей! – покупки, он раскидал автомат – не-е-ет, пистолет-пулемёт! – Томпсона на запчасти и предложил ознакомиться с внутренним миром нового члена семьи. Так как бирюлек было не слишком много, сборка и разборка не оказалась большим напрягом. Рассказа сержанта был интересен и содержателен. «Петя-моряк» или просто Дед Петенька – гы! вот и имечко пришло! – оказался флотским парнем 1941 года рождения с завода Кольта, не воевал, хотя очень хотел, пролежав на складах ВМС США 70 лет, попал сюда и терпеливо ждал нашей встречи. К нему в шопе и «вилки-ложки» были, и на любой вкус – в смысле, магазины на 20 и 30 патронов и диски на 50 и 100. На 50 у него уже был, так что, идя по принципу «сходить с ума – так по-большому», попросил «соточку» и два по 30. Насчёт пожрать для него выбор был из двух блюд – обычные армейские и зажигательные – по 40 и 45 экю за 100 штук соответственно. Взял и того, и другого поровну – 250 тех и 250 тех, «костюмчик новенький», в смысле оружейный баул, книжку, набор приблуд для чистки и ремень дали так. Подсумков не оказалось, так что, обеднев на 550 экю и потяжелев килограмм на 10-12, мы распрощались и бодро двинули на местное стрельбище – покупка жгла руки и звала попробовать себя в роли гангстера из «В джазе только девушки».

Глава 9

Однозначным результат стрельбы назвать было нельзя. Отсекать очереди по три патрона не получалось, вылетало штук по 7-8. С прицельной стрельбой тоже пока не всё было гладко – стоя с диском на 50 и 100 держать на весу Деда было некомфортно. Но зажав приклад под мышкой да с трассерами через один… прям поливальщик газонов… Из положения лёжа – получше, но… В общем, затолкав оставшиеся патроны в «сотку» и почистив Петю, мы покинули стрельбище, с разрешения смотрителя залив маслёнку про запас и прихватизнув пару пачек специального тряпья для чистки на будущее. «Кстати, о тряпье!» – напомнила голова. По дороге на стрельбище попадалась вывеска – что-то типа «Всё, что вам нужно», так что туда и направимся.

Магазинчик оказался небольшим, но толковым (на мой взгляд). Кошелёк ещё похудел на 495 экю, но зато «гифтом» полученная здоровенная сумка из плотной ткани с обилием ручек – как удобно, так и таскай – радовала содержимым и внушала уверенность в завтра- и послезавтрашней одетости, хотя и огорчала неподъёмностью. Две пары «штанов с карманАми», пяток маек и футболок, спальный мешок – одеяло, высокие пустынные ботинки, трусы… Да блин, много чего! Хозяин знал, что предлагать, жопа «убивалась галавой ап стену», голова пыталась не допустить покупки чего-нибудь ненужного. В отдельно купленный рюкзачок чуть больше школьного улеглась смена белья, мыльно-рыльное, трёхмагазинный подсумок для Петенькиных «тридцаток», древний на вид, но крепкий, и такой же по возрасту – для «полтинника». На поясном ремне появилась фляга с крышкой, на лице – солнечные очки, на плечах – песочного цвета куртка, на голове – того же цвета панамка. В зеркале у кассы отразился похудевший и красивый я. Обновки шли. Было комфортно, нигде ничего не жало и не тёрло (пока). Мишка тоже чего-то себе прикупил – в общем, день проводился не зря. Распрощавшись с хозяином, мы двинули к оружейникам – подкупить пожрать для Петеньки, а то что ж это – один блин, да и тот неполный.

Сержант, увидев нас, не удивился и спросил: «Возврат? Не понравилось?» Отказавшись расставаться с новым членом экипажа, я попросил продать ещё столько же патронов. Он хмыкнул, бормотнул что-то типа «первая любовь», и через пару минут на стойке появились 10 коробочек – 5 таких и 5 эдаких. После скусывания сержантом пломбы с оружейного баула (блин, они на этих пломбах не разорятся ли?) я приступил к набивке магазинов, чередуя обычные и зажигательные – уж не знаю, как насчёт зажигательства, а вот трассировать у них получалось. Сержант поглядывал на меня, как взрослый дядя, присевший в парке на скамейку обдумать краткие тезисы речи на заседании Академии наук, на лепящего куличики в песочнице карапуза. Уф-ф-ф – всё, набил, магазины – по подсумкам, подсумки – в сумку, сумку опечатать (да сколько можно!), руки вытереть влажной салфеткой (десятка полтора купил и рассовал по карманам куртки), сумку в руки, теперь пожрать – и на станцию, ждать паровоз. Но с пожрать обломились – с непривычки какая-то путаница со временем. Или на стрельбище, или в магазинах провели лишку? В общем, «Сардж, спасибки и пока!» – жопу в горсть и на станцию, а то на сутки здесь застрянем или оказию искать, и не факт, что найдётся. И куда часа три из жизни выпало?

Пыхтя, потея и отдуваясь, мы ввалились в вагон. Да-а-а-а, четверть века больше метров ста не пробегал! Зашёлся в ржаче от анекдота про любителей спорта («Вован, ты за скоко стометровку пробежишь?» – «Толян, меньше, чем за пару штук долларей и не подумаю!»), открыл на него глаза Мишке. Поржали. Внимательно оценив своё состояние после мини-марш-броска, решил ещё раз наведаться к врачу-экспериментатору и ещё раз как следует, с чувством, с толком, с расстановкой, вдумчиво отблагодарить его за полезные (как оказалось) для меня эксперименты и попытаться узнать – надолго ли эта «вторая молодость». Не губой тряси, жуя иваси – худо-бедно, а километр с грузом в быстром темпе, это Мишку нагружали на службе, а я… Отдышались, попиздели обо всём и ни о чём, не торопясь, проехали колючку на въезде в «Россию». Помог выбраться Мишке с баулом на перрон, махнули друг другу рукой – и я остался один в вагоне. Ехал в последнем пассажирском вагоне, к нему была прицеплена платформа с установленной на ней спаркой то ли крупнокалиберных пулемётов, то ли мелкокалиберных пушек, не знаю. Местную живность эти железки должны были разнести «как здрасьте», но жопа поборматывала о бдительности, и я достал из свежераспломбированной сумки Деда с пристёгнутой «соткой», положил рядом и прикемарил.

Глава 10

Проснулись одновременно на полу в куче – я с жопой и головой, Дед и рюкзак с баулом. Жопа орала «убивають, а я предупреждала», голова «шо деется», рюкзак с баулом молчали, как жопа в гостях, один Дед показал себя мужиком, требуя целеуказаний и обещая показать кому-нибудь всё. Сыпались стёкла, бумкнув на прощание, куда-то пропала задняя стенка вагона, через дыру виднелась отстегнувшаяся и отстающая платформа. Установка на ней долбила куда-то вправо вперёд по ходу поезда. Вообще неприятно очень: заснул в чистом пустом помещении, проснулся – хуяк – война, дует, замусорено, пыльно, дымом пахнет и главное – страшно до икоты и, пардон, хочется срать.

Упросив жопу сосредоточиться, напрячься и держать всё в себе, перехватил половчее Деда и попытался выглянуть в разбитое окно. Тут же налетели какие-то безбашенные Вуди Вудпекерсоны (это результат мысленного генетического эксперимента – помесь Вудпеккера с Харельсоном) и издырявили простенки между окнами. Героически «встал в полный рост и, отвесив поклон…»? Фигушки! Не помня себя, свернулся клубочком и укатился эдаким мясометаллическим колобком подальше от ужастев этих, по дороге собирая всё, что валялось на полу и было до недавнего времени деталями интерьера, декора и окружающей среды, четверга и пятницы.

Долбодятлы улетели куда-то, панический ужоснах не ушёл, но ослаб, жопа доложилась, что всё в норме, Дед тут же подъебнул: «Переборки держат?» Жопа его тут же послала, голова проныла: «ну началось», в общем, акклиматизация проходила успешно. Глянул назад – отставшая платформа неспешно догоняла, всё так же всё туда же долбя, поезд потихоньку сбавлял ход. Я глянул уже в окно влево по ходу: о бля, о бля, о бля, созрела конопля – там, в облаке пыли, летел какой-то внедорожник с замотанными в арафатки персонажами, высовывающимися из окон. Да эбенамать, это типа эти бронепидарасы заставили меня кататься тут мячиком, подскакивая и почти что редко гадя???

Приклад под мышку, левая нога – на сиденье, край передней рукоятки – в упор в край окна, и с криком что-то типа «ЭГЕГЕЙ, ЁБ ВАШУ МАТЬ!» в сторону этих уродов долбанула струя пламени. Орали все, даже боец выдал что-то невразумительно-матерное насчёт его и этих бронежопых, в интересных позах с ним общающихся. Внедорожник окутался паром или дымом, от него полетели какие-то тряпочки (откуда?), кусочки, он закувыркался, разбрасывая пассажиров, на лету вспыхнул и укатился на встречу с задней платформой.

Поезд встал, прибежали какие-то военные, потребовали Ай-Ди – показал, жестами и полупроснувшимся английским (спасибо, Галина Николаевна, только не ругать надо было в детстве, а бить прям на уроках) – кто стрелял, куда попал, подивился количеству гильз на полу, напился и облился – фляжка, похоже, нас покидает, две дыры в ней явно лишние…

Сумбурно, да? Да сами попробуйте «в первый раз в первый класс», а потом внятно изложите…

Хотелось водки, спать, срать, куда-то идти – и всё одновременно… Я уже почему-то сидел с горячим Дедом на коленях, без куртки, какой-то военный колол мне какую-то херню в плечо, у заднего торца вагона суетились люди, видимо, привязывали платформу на место, кто-то хлопал по плечу и говорил что-то одобрительное, кто-то совал фляжку… я закрыл глаза и провалился.

Глава 11

Сцена прибытия на вокзал «Западной Европы» прошла как-то мимо меня. Первым до конца осмысленным ощущением был поддув под правой мышкой и одновременно – потяжелевшая оружейная сумка. Сильно потяжелевшая. Пытаясь повесить её на плечо, обнаружил попутчика, который выполнял роль сопровождающего. Общаясь на смеси английского с русским, дошли до какой–то гостиницы, где после моего размещения и чашки кофе он меня покинул, перед отходом просветив меня и, так сказать, введя в курс. Я, оказывается, герой, молодечик и вообще Тиль Швайгер – в смысле красавчик, а не актёр. Завалив «великолепную пятёрку» в иномарке, я не только спас себя и, наверное, ещё кого-то на отстегнувшейся платформе, но и сделал орденоугодное дело, за что Орден благодарит меня пятью штуками экю (по штуке за арафатконосца), а их уцелевшее имущество переходило ко мне. Благодарные пассажиры платформы собрали и затолкали в оружейный баул и частично в рюкзак всё, что нашли ценного на вылетевших из машины – двоих сгоревших не стали обыскивать, и правильно. Я б и негорелых шмонать побрезговал. Премия уже на меня выписана и может быть получена, как только я объявлюсь в орденском банке.

На этом лекция была окончена, «Вергилий» попрощался и свалил, а я допил кофе и поплёлся в номер. В голове вертелось «Как жизнь скучна без приключений, как жизнь без подвигов мертва» или как там… Да в Малые Ебеня и подвиги, и приключения такие! За что и на паркуя мне это? Кой чёрт меня занёс на эти галеры??? Где эта сволочь???!!!

В номере как-то остро почувствовал желание помыться, переодеться, пожрать и особенно выпить. Даже не выпить – нажраться! Всклень, в зюзю, в сосиску, с сисю и прочие предметы. Что б проснуться – а всё был сон. Жопа напомнила, что она, конечно, всё ещё на вахте, но не всесильна и терпение её небезгранично. Идя на поводу, посетил сантехпросветучереждение и, чистый, голый и просветлённо-опустошённый, через полчаса потрошил рюкзак. Помимо уложенного на «Америке» наличествовал небольшой узелок из арафатки. В узелке россыпью наличествовало 350 экю, цепочка «жёлтого металла» и половинка бинокля. «Патроны и курточку уже отбил!» – подумалось. – «Богатенький Буратино!» Мысль о том, что «на его месте должен был быть я!» как-то не ужаснула – пришла, прошла с краешку и ушла. Только бухнуть захотелось прям нестерпимо! Соточка ледяная в стаканчике гранёном запотелом без ободка, а рядом – кусок ржаного свежего хлеба с слойкой: селёдка, ломтик картошки, варёной «в мундире», политой растительным маслом, сверху лучок репчатый кружочком нетолстым отрезанный и веточка укропчика… Захлёбываясь слюной, я впопыхах оделся и ссыпался в ресторанчик.

Селёдки в ресторане не было. Ладно, тогда водки – что, тоже нету? Виски? Ну, «коль арфы нет – возьмите бубен!», давайте виски! Ван дринк? Ноу! Ван боттл! Ес, ай эм рашен! Ноу-ноу, но дебош! Онли дринк сам виски, ит мит энд гоу ту слип! Биг пис, ес! Слегка успокоенный официант быстро приволок бутылку местного вискаря, какой-то цитрусовый сок и нетолстый кусок хорошо прожаренного мяса размером с три моих ладони с мелкой варёной картошкой и такими же по размеру, но свежими помидорками. Вискарик – на мой вкус – оказался нерезким и приятным, похожим на «Канадиен Клаб», мясо вкусным, жизнь радовала, внутренний хор молчал, как-то между делом зацепился языками с ребятами, сидящими за соседним столиком, с соком и полупустой – ещё удивился, когда успел? – бутылкой перебрался к ним, бутылка кончилась как-то быстро, явно кто-то втихаря подбежал-выпил-убежал, попросили ещё, принесли, опять пусто – а мы ещё попросим – дальше провал.

Проснулся по «вынесшим всё» местным наручным ходикам в восемь. За окошком светло, но хрен его знает, рано это здесь или поздно. Ничего не болело, стрёмного ничего не вспоминалось. Как, впрочем, добрался «до хаты», раздевался, ложился – тоже. Погляд в зеркало в туалете во время омовения тоже ясности насчёт вчерашнего не внёс – следов типа синяков, ссадин или засосов не было, похоже, если «дебош» и был, то или без меня, или мне не досталось. Секс, видимо, тоже, хотя это вряд ли. Пошёл вниз в кабачок, там-то просветят, если что.

Внизу сразу налили кофе и принесли счёт за вчерашнее. Так, мясо и пузырь помню, второй уже смутно, третий упоминался, но не помню твёрдо, четвёртый не помню вообще. Фрагментарная алкогольная амнезия мозаичного типа – голова, породившая этот квазинаучный бред, добавила, что к ней ночью приходила кобыла сивой масти и предлагала как-нибудь, при случае, побредить дуэтом, вот она и готовится. Жопа попыталась принять участие, но у меня-то не было настроения, поэтому, заткнув обоих, разузнав «что-где-как», расплатился и рванул по маршруту «Банк – Оружейный магазин – Промзона», захватив из номера опломбированный – «и когда успевают?» – баул с Дедом и трофеями.

Глава 12

Западноевропейский анабасис проходил легко и непринуждённо. В банке перечислили денюшек, в подтверждение показав выписку. Порадовался и отправился в «Робинсон и Кук». Там, запыхатого и слегка взопревшего, обломили – оказывается, частных оружейных лавочек на базах Ордена не бывает! Пригорюнился было, продавец-совладелец Алек согласился «максимум полдня» подержать увесистую оружейную «авоську» у себя. Полегчало во всех смыслах. К полдесятому я добрался до промзоны. Туда-сюда, у одного спросил, у другого – нет Марко! Где, как – никто не знает. Неосторожно произнёс вслух: «Здравствуй, жопа, Новый Год!» – тут же узнал о себе много нового. Как будто вчера не пила со всеми, а тихо наслаждалась в номере японской классической прозой. Включил ответку, да так, что увлёкся и начал уже орать громко – проходящие оглядывались. Кто-то из местных подошёл и, тыча пальцем мне за спину, забормотал: «Герр Шрайдер, герр Шрайдер...» Херайдер! Хули мне он! Бля, он же и нужен! Обернувшись, увидел вчерашнего «собеседника». Вид у него был – не очень. Даже как-бы очень-очень «не очень». Увидел бы себя такого – отвёл бы в бар, похмелил «полтосиком», выпоил литрушкой кисленького сока и положил баиньки часа на два. А что с этим делать? «Герр» подошёл, я представился и объяснил вкратце, что я не просто так, а по приглашению, тьфу, рекомендации Фила с базы «Америка», что он звонить обещался… В ответ на мою сумбурноватую тираду получил в ответ на хорошем русском: «Пили с тобой вчера?» Кивнул, выслушал тираду о нехорошести спаивания, безответственном поведении в плане нажрать и не нажраться самому (???), обиде его девушки на приход домой «в хлам», испачканный диван и плохое самочувствие. Высказавшись, он как-то посвежел и повёл к себе в конторку, обещая кофе и подумать, как и чем мне помочь.

«Конторка» Марко отличалась от Филовой наличием кофемашины, размером – была побольше раза в три, и наличием секретарши – недовольной чем-то барышни. Возраст её определить не смог – от 23-х до хорошо сохранившихся 35. Представив меня, Марко наговорил ей что-то на немецком (барышня при этом супилась и закипала), а потом барышню кааак прорвало! Глядя то на Марко, то на меня, она орала и метала молнии из глаз, раз десять помянула «шайзе», «думкопфы» и «думкерли» мелькнули раз по пятнадцать… Прям Шура Каретный на немецком. Потом подорвалась и убежала. Марко ржал, я присоединился.

Оказалось, третий участник вечеринки вчера и сегодня отметился по-полной. То есть Марко – образчик трезвости и приличного поведения. Деятель (в смысле, барышнин муж), придя домой, напачкал везде, отметился даже в спальне, потом его пробило прибраться, уборка сопровождалась поломкой мебели, отрыванием телика от стены, и апофеоз – падение, подскользнувшись на остатках принесённого домой, головой в журнальный столик (слава богу – деревянный), разбитая голова и вывихнутая рука. Далее – местный вариант неотложки, нездоровый сон у постели забинтованного грязнули-чистюли, визит на работу и ожидание Марко для объяснений.

Ну-у-у, понять девушку можно… Дома – срач, муж в больнице «мама» не выговаривает, а тут мы, целые и невредимые… Успокоившись и попив, наконец, кофе, перешли к делу. То есть встали и пошли на площадку – смотреть интересный, по мнению Марко, вариант.

Подведя меня к группке из штук шестидесяти прикольных грузовичков, Марко с довольным видом произнес: «Вот! Любуйся, выбирай и владей!» Выбирай… Ещё б знать, что выбирать… «Так целый час ходили, а может, два ходили, от клетки до вольера под солнцем и в пыли…» Ну, не час, но минут за сорок познакомился со всеми, по крайней мере, в лицо. Заинтересовали два: один с пятиместной кабиной и небольшим кургузым открытым кузовом – забавный такой! – и второй, с двухместной кабиной и будкой. В будке – сиденье спиной по ходу движения и две подвесные полки. Стоял и разрывался – что выбрать… Плюнул на разрыв мозга, решил идти методом ловли мизера.

– Марко, твоё мнение – «чего хочет женщина, того хочет Бог» или «послушай женщину и сделай наоборот»?

– А что за женщина?

– Ты еврей?

– Понял… Тогда, наверное, второе!

– Угу, тогда – где тут женщину найти? Вопрос задать?

Минут через пять нашли женщину, и я обратился (через Марко) к ней с вопросом: «на ваш взгляд, что лучше – пять или два? Подвох есть!» Женщина посмотрела на нас, как на Бивиса и Баттхеда, не дождалась возгласов типа «хе-хе… тёлка…», поняла, что не подъёбываем, подумала и сказала: «двух вполне достаточно!» А я понял, что у меня появился легковой грузовик-вездеход.

Оформление бумаг свелось к минимуму – Марко забрал орденскую бумажку, нашёл ключи и отдал мне. Никаких документов на машину или прав не требовалось, едешь – твоя машина, ни ГАИ, ни техосмотра. Рай! Совершив пару кругов по площадке вокруг толпы неудачников, остающихся ждать новых хозяев, распрощавшись с Марко и заехав за вещами в гостиницу, оружейной сумкой к Алексу, прикупив там пару новых фляг, доехал до заправки. Там залился соляркой, сожрал пару бутеров и плюшку в кафе и наполнил фляги. На КПП предъявил «пачпорт» и сумку, сумка лишилась пломбы, Дед был дОстан из сумки, накормлен «полтинником» и улёгся на сиденье рядом. Голова затянула «Мы едем, едем, едем в далёкие края!», жопа затянула привычную песнь, что надо быть начеку и почутче, я шикнул на обоих и тронулся в путь. Нас Пруха уже, наверное, заждалась.

Глава 13

Первый час дороги прошёл под знаком освоения попытки потомков фашистов взять нас не силой, а хитростью, в смысле расслаблением комфортом и удобством вождения, и, невзирая на шиканье, неумолчным чириканьем наиболее общительной парочки из числа «внутренних друзей». От Петеньки поступило только предложение помыться, как время будет, после чего гидрозольдат прикемарил, перед сном заявив, что если что – он здесь, всегда и ко всему готов, и ежели чо – будите. Да из сумки, где было складировано праведно нажитое, доносились какие-то звуки – не звуки, но кто-то явно желал присоединиться к беседе.

Оставьте ваш отзыв


HTML не поддерживается, можно использовать BB-коды, как на форумах [b] [i] [u] [s]

Моя оценка:   Чтобы оценить книгу, необходима авторизация

Отзывы читателей

nowik, 06-02-2018 в 10:05
хм.
странное впечатление. и жанр не самый мой любимый.
это как в национальный зинзибарский (ну к примеру) ресторан сходить.
экзотично, но, в принципе, съедобно.
каждый день на такое не тянет.
но иногда - почему бы и нет.
Andrey, 05-02-2018 в 20:18
Понравился, так и должно быть в " Земле лишних"
Mikov, 25-10-2017 в 11:48
Ни разу не разочарован. Есть своё лицо, своё видение. Нет избытка идеологии. Русский язык радует. Ну и, да, заявка на серию
Нина, 22-10-2016 в 03:11
ОТлично!!!! Ну почему так мало? Продолжение бы неплохо
Дмитрий, 17-08-2016 в 12:19
Не дочитал,рвано, сумбурно,минимум диалогов да и просто не интересно.Автор продавать такое моветон.
Денис , 21-03-2016 в 09:28
Очень уж витиеват слог автора, иногда даже смысл происходящего ускользает.
Иван, 18-03-2016 в 19:07
Ну наконец-то в месте с нормальной оплатой. :) Мне очень понравилось. Местами сказочно несколько, но очень жизнеутверждающе.
OOM 9, 23-02-2016 в 01:25
Перебрал автор с матерным стёбом...