Категории
Жанры
ТОП АВТОРОВ
ПОСЛЕДНИЕ ОТЗЫВЫ  » 
Главная » Любовный роман » Прости мне мои капризы
Николай Чепурных: Прости мне мои капризы
Электронная книга

Прости мне мои капризы

Автор: Николай Чепурных
Категория: Любовный роман
Жанр: Любовный роман
Статус: доступно
Опубликовано: 20-03-2021
Просмотров: 164
Наличие:
ЕСТЬ
Форматы: .fb2
.epub
.mobi
   
Цена: 150 руб.   
ОПЛАТИТЬ
  • Аннотация
  • Отрывок для ознакомления
  • Отзывы (0)
Два главных героя: Мужчина и Женщина…
Судьбой им уготована долгая разлука.
Но через шестнадцать лет Андрей встречает Ирину – ночью, на безлюдной улице, в далеком городе – не зная, что это она.
Отношения между героями развиваются по нарастающей, так, как нарастает, усиливаясь, ливень во время грозы, – обретая новые оттенки, нюансы и очертания…

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельцев авторских прав.   © Чепурных Н. Н. 2021 год.   © Редактор и автор обложки Стрыжаков Н. В. 2021 год.
Этой забавной выходкой – Ирина здорово меня рассмешила.
– Я не о том – умеешь ты плавать, или нет. Тем более, что здесь не глубоко.
– А о чем?
– Ты ведь не взяла с собой купальник.
– Ну и что? Я же не знала заранее, что у меня появится такое желание. Поэтому и не взяла.
– Тогда в чем ты собираешься купаться? В платье?
– Разумеется, нет!
– А в чем?
– Ни в чем...

После этих слов Ирины, которые она произнесла спокойно, не подумав над ответом ни секунды, – сердце мое точно взбрыкнуло в груди! Я разволновался. Мгновенно сработало и мое воображение – быстрее скорости звука, или даже света (а это, между прочим, триста тысяч километров в секунду!)
Испытываемые мной ощущения не позволили сформулировать мысль, которую я собирался высказать. Представлять Ирину «нивчём» (а именно в этом направлении проявила себя услужливая моя фантазия!) и одновременно произносить какие-то внятные вещи – было очень трудно.
Хотел же я ее – переубедить.

– Разве в этом есть что-то нехорошее, заслуживающее порицания? – продолжила Ирина. – Купаются ведь люди, ни в чем, на нудистских пляжах. Загорают... Ты был когда-нибудь на нудистском пляже?
Она повернула в мою сторону голову.
– Не был. Такие пляжи, наверное, только за границей есть.
– И я не была. Интересно: как там люди себя ведут, что они испытывают? Сотни человек находятся рядом друг с другом – и все голые!
– Не знаю. Но я не что-то нехорошее имел в виду.
– А что?
– Ничего...
– Ну, что? Что?
– Не знаю: как тебе объяснить. Ты же понимаешь, что, кроме нас, здесь нет ни одной души.
– Ни одной.
– И это тебя не смущает?
Ирина рассмеялась.
– Кажется, я тебя поняла! Не смущает...
– Ну, если так...
Я лишь развел руками. В прямом смысле. Как будто собрался пуститься вплавь.
– Я тоже хочу тебя спросить.
Ирина поднялась на ноги.
– За все то время, что мы с тобой знакомы, – в неадекватности поступков – я, или ты были замечены?
– Не были.
– Значит, беспокоиться не о чем!
– Конечно...

Спорить с Ириной дальше я не стал, согласившись с «железными» ее доводами. В самом деле: в неадекватности поступков и всего нашего с ней поведения ни я, ни она – замечены не были. Пусть делает, что хочет – ее полное право. В конце концов – не младенец, должна понимать: что к чему... Более того – я вдруг ощутил какое-то необъяснимое, сладостное удовлетворение – оттого, что она настояла на своем.

– Ты сам-то будешь купаться?
– Я не хочу.
– Разве можно не хотеть в такую волшебную ночь?
– Нельзя.
– Значит, будешь?
– Нет!
– Мы можем купаться не вместе, а по очереди. Сначала я, потом ты, или наоборот.
– Честное слово, не хочется.
– Тебе не хочется, а мне одной боязно. Немножко...
– Отчего?
– Вдруг Водяной утащит!
– Какой еще Водяной?
– Обыкновенный! Старенький, такой, старичок – лет под... триста! С длинными, непричесанными волосами, густой бородой по грудь, покрытый весь мхом и водорослями, всякими растениями из подводного его царства. Схватит цепкими, когтистыми своими лапами... Цап!
Ирина сделала неожиданное, быстрое движение руками. Как будто кого-то сцапала.
– И все! Привет!.. Старенький, несчастный Водяной!
– А почему несчастный?
– Потому что – одинокий!
Ирина опять обратила взгляд на реку. Она словно хотела в ней что-то, или кого-то увидеть.
– Молодец, Иринка! Какая ты молодец! Веришь в волшебство, сказки! Верь, пожалуйста! В твоем возрасте это, быть может, еще возможно. Если только сильно захотеть.
– Верить в сказки, Деда Мороза и Снегурочку – можно в любом возрасте! И даже нужно! Не в этом дело... В каждом приличном водоеме: озере, или реке – обязательно должен быть хозяин. Водяной! Какая же река без Вод...
Не договорив, Ирина отпрянула назад.
– Ты чего?
От ее резкого, импульсивного движения – я как-то крупно, всем телом, вздрогнул.
– Слышал?
– Что?
– Всплеск!
– Где?
– Вон там!
Она показала рукой.
– Это он!
– Кто?
– Ну, он! Хозяин! – Ирина перешла на шепот. – Ведет тайное наблюдение за нами. Высунул косматую голову из воды, как перископ, и посматривает – наверное, услышал наш разговор. Хитрюга! Думает, что я не распознаю его уловку! У меня даже мурашки по телу пошли. Бр-р-р...
Ирина передернула плечами. Провела ладонями по открытым предплечьям.
– Не беспокойся, пожалуйста! Это всего лишь сухая ветка, сорвавшаяся с дерева. А, может, заспанная рыбешка – какая-нибудь плотвичка, или премудрый пескарик, которому приспичило глотнуть капельку кислорода. Но ты, конечно, права! Люди должны верить в сказки – обязательно со счастливым концом, а если не верить, то с уважением относиться к тем, кто верит. Потому что без сказок скучно, неинтересно жить! Не зря же люди их придумали. Да и в самой жизни, не хуже, чем в сказках, случается много всяких любопытных и непонятных вещей, которые невозможно объяснить рационально. Приходишь, например, в какое-то незнакомое место и испытываешь вдруг чувство, что когда-то ты здесь уже бывал... Только ты не бойся! Никто тебя не утащит! Тут ведь мелко. Никакой подводной растительности нет – один песок. Поэтому Водяной здесь не живет.
– А где он живет?
– В омуте. Глубоком-преглубоком омуте! В полукилометре отсюда, ниже по течению – если идти напрямик, через луг. А если по берегу реки, то придется пройти метров восемьсот.
– Откуда тебе это известно?
– Про восемьсот метров?
– Про Водяного.
– В детстве – это было последнее лето перед школой – приходил я, иногда, с одной бабушкой – она за мной приглядывала, когда отец и мама были на работе – в эти места за ягодами. Тут за речкой, в большом, дремучем, точно, как в сказках, лесу, много черники растет – попадаются огромные черничные поляны. Набредешь на такую поляну, и сразу ведро ягод можно набрать, а то и больше. Главное, в азарте, не заблудиться – такое с некоторыми нашими ягодниками, даже опытными, случалось... Вот, бабушка про водяного и рассказывала.
– Зачем бабушке тебе – ребенку – нужно было про него рассказывать? Хотела тебя напугать?
– Верно! Думала, что я, услышав об этом страшном существе, испугаюсь и не буду подходить близко к речке. Она же отвечала за мою безопасность.
– А ей откуда известно?
– Ну, откуда? Она ведь тоже не молоденькая была – конечно, не триста лет, но все-таки... (При этих словах Ирина рассмеялась...). Много всего в жизни повидала – войну пережила, немало чего слышала от других людей – постарше. По дороге всегда рассказывала разные истории – про домовых, леших, всяких, там, кикимор, русалок... Физически старушка была крепкая, она, кстати, и по сей день жива, только уже из дому далеко не выходит и в лесу, конечно, не бывает. Так вот, ягод она набирала за нас обоих, я ведь не собирал, а всего-то и делал, что ел с куста, да от комаров отмахивался. А какие вкусные она пекла пироги! Пышные, сладкие! В общем, если будет желание – как-нибудь туда наведаемся.
– На черничную поляну?
– Нет, черника, кажется, уже отошла. К Водяному сходим. В гости.
– Хочу!
– Только днем.
– Хочу-хочу!
– Увидишь, как там красиво! Причем, место это необычное! С ним связана одна легенда. А может, это и не легенда, а правда...
– Какая легенда?
– Говорят, в войну в том самом месте затонул фашистский танк.
– Танк? – удивленно переспросила Ирина.
– Да! Это тебе не ствол от винтовки! Но никто не знает, как этот «зверь» там оказался...
– И главное: как он там поместился?
– Свободно поместился. В те времена речка была намного шире и глубже.
– Ну, да! Небо раньше голубей было, трава зеленей, солнце светило ярче!
– Это не выдумка! Так было на самом деле. Здешние леса с давних пор известны многочисленными болотами, которые питали реки. В послевоенное время болота зачем-то начали осушать. Может быть, из-за торфяных разработок. Торфа тут добывали много. Я даже помню, как этим торфом мы в доме топили печку, каким жарким был от него огонь. Рядом с разработками находилось небольшое озеро, у которого прежде не было названия. А потом озеро стали называть Горелым – потому что торф около него горел. Озеро существует и сейчас. Вода в нем – темная, и с каким-то особым привкусом... Стало быть, речки обмелели. И рыбы стало меньше... А месту, где затонул танк, люди тоже придумали название.
– Какое?
– Танка.
– Танка?
– Да, от слова танк.
– Как это все интересно! – задумчиво произнесла Ирина. – Река... Затонувший танк... Танка...

Она сделала несколько шагов вдоль берега.
Постояла, как будто что-то обдумывая.
Вернулась на прежнее место.
– Если то, о чем ты рассказал, действительно правда – было бы хорошо сделать одну вещь! Откопать это стальное чудовище и вытащить на поверхность. Представляешь грозного «Тигра», или «Леопарда», который уже давно не грозен и не опасен?
– Представляю, в кино видел.
– А взаправдашний?
– Взаправдашний – нет.
– И я – в кино. Вытащить, перевезти в село. И выставить на людном месте. Таким, как он есть – с перекошенной башней, забитым песком стволом, грязным, заржавевшим.
– Покрытым тиной и водорослями – как твой Водяной.
– Ладно, пусть будет – мой.

Я – Водяной, я – Водяной,
Поговорил бы кто со мной.
А то мои подружки –
Пиявки, да лягушки...
Фу, какая гадость.
Эх, жизнь моя жестянка...

Ирина комично, пытаясь копировать своеобразный голос актера Анатолия Папанова, – пропела куплет из песенки Водяного из мультфильма «Летучий корабль». После чего снова принялась уговаривать меня составить ей компанию.
– Так ты будешь купаться?
– В другой раз.
Я продолжал упорствовать. Исходя из каких-то своих соображений, аргументов, обоснований, в которых сам же не мог до конца разобраться. Хотя опыт ночного барахтанья в реке у меня был. Два года назад, после выпускного бала, наш класс, по старой, доброй традиции, отправился на речку встречать восход солнца. И пока светило не взошло – все успели вдоволь наплаваться. Только не здесь, а в другом – более глубоком месте, и не в голом виде.
– Ах, так!
Ирина положила на песок фонарик.
Нагнулась.
Сложив ковшиком руки, зачерпнула воду.
И, повернувшись, брызнула в мою сторону.
– Вот тебе!
Потом еще, и еще...
Каждый раз влага достигала цели, попадая мне в лицо и на рубашку. Но я даже и не подумал отступить.

Наконец, Ирина решила меня пощадить.
Она сняла кроссовки, поставила на землю и запустила в воду – по щиколотку – ногу.
– Правда, вода теплая!
Подошла ко мне.
– Когда-то я тоже была маленькой – вот такой! – Ирина на секунду присела, показав, какой она была. – Я тогда всякой воды боялась, даже той, в которой мама меня купала, – в ванне. Думала: опущу руку, или ногу – в ту же речку, или лужу какую-нибудь, и меня за нее кто-то схватит. Потом, конечно, прошло. Ну, ладно... Ты, пожалуйста, отойди в сторонку – вон туда...
Ирина указала рукой за мою спину.
– Слушаюсь, барышня! Как прикажете!
Я произнес эти слова с облегчением, явным ощущением того, что так будет лучше.
Сделав поворот на сто восемьдесят градусов, – я отмаршировал в указанном мне направлении.
– Достаточно?
– Да, довольно!
– Если не секрет, для чего это?
– Что?
– Моя ссылка.
Ирина улыбнулась.
– Так, ни для чего. И никакая это не ссылка! Ссылка – это когда в Сибирь, в тайгу... Ты, наверное, чего-то, там, себе, вообразил?
– Что же я такое могу вообразить?
– А что воображают мужчины, оставаясь наедине с хорошенькой, привлекательной дамой?
– Не могу знать, барышня!
– Ты говоришь неправду!
(Совершенно верно изволили заметить, барышня: как есть – неправду...).
– Видите ли, барышня, в чем дело. По части общения с дамами у меня имеется – недостаток опыта, то есть не имеется достаточного опыта.
– А достаточный опыт – это как?
– Я же вам говорю: не могу знать! Да вы, поди, сами чего-то такого нафантазировали...
– Может, и нафантазировала. Может, это самый подходящий момент для фантазий! Ведь то, что происходит с нами сейчас, в этом чудесном месте, – уже не повторится...
– Знаешь, что, Иришка?
– Что?
– Пойду-ка я отсюда!
– Куда?
– Все равно... Куда подальше! А ты, если какая опасность – кричи!
– Что кричать?
– Что хочешь. Главное – погромче! Чтобы я услышал...
– Погромче я умею. Три года пою в школьном хоре – вторым голосом. Только не надо больше никуда идти. Все! Бегу купаться!

После этих слов – барышня заторопилась.
Она быстро сняла с себя платье; аккуратно свернула, положила на песок, рядом с кроссовками.
Отстегнула лифчик, который уложила поверх платья, а затем кинула на него снятые трусики.

Резкая перемена, произошедшая с Ириной вдруг, – не лучшим образом повлияла на ее самоощущение.
Неприятное чувство незащищенности, уязвимости, очевидной беспомощности и бессилия – в том виде, в котором она теперь пребывала, перед окружающими ее величественной Природой, самим огромным, беспредельным, грозным миром, и даже перед какими-нибудь ничтожными, порхающими в воздухе, невидимыми микробами, – овладело ею.
К этому добавились и другие – малоприятные ощущения – от обрушившейся на нее прохлады.
По всему телу девушки прошла дрожь. Барышня съежилась, сжалась – как будто сделалась меньше самой себя.
Вероятно, не имея четкого представления о своих действиях в следующую минуту, – Ирина провела это время в неподвижности, то есть оставалась на том месте, где обнажилась. После чего пришли в движение ее руки – они безотчетно и импульсивно заскользили по груди, животу, бедрам. Наверное, это были попытки хоть как-то защититься от холода и, может быть, от самого нашего грозного мира. Более глубоким сделалось дыхание девушки. В общем, так ее организм переживал процесс адаптации.
В какой-то момент – всякое движение прекратилось. Руки Ирины замерли там, где их настигла поданная мозгом команда: «Стоп!».
На груди.
Ирина о чем-то размышляла. Казалось, решительные (прежде) намерения ее изменились. Она готова была уже передумать, пойти на попятную. Ведь в этой ее затее не было насущной потребности. Необходимости. Однако, мысль, что, дав задний ход, она тем самым выкажет свою слабость, – заставила ее выполнить задуманное до конца.
Девушка опустила руки.
Мысленно посчитала до десяти.
Подошла к реке.
Осторожно нащупывая ногами дно, – вошла в воду.
Разошедшиеся в стороны небольшие круги – заискрились под светом Луны.
Продолжая соблюдать осторожность, Ирина прошла вперед и остановилась там, где вода была выше коленей.
После этого она повернулась в мою сторону.
– Андрей! – раздался в тишине звонкий и, действительно громкий ее голос.
– Чего тебе?
– Ничего! Проверяю: на месте ты, или нет?
– Конечно, на месте! Куда же я денусь?
– Прекрасно! А ты меня видишь?
– Вижу!
– Хорошо?
– Плохо!
– А почему я тебя хорошо вижу?
– Не знаю! Наверное, у тебя зрение лучше!
– Я об этом не подумала! Все – купаюсь!
– Купайся!
Барышня прошла еще немного вперед...

Все это время я внимательно, неотрывно, с бешено бьющимся в груди сердцем, – следил за Ириной. За каждым ее движением! Ничего стараясь не пропустить!
В эти удивительные, счастливейшие мгновения моей жизни, она была для меня – не просто доброй, воспитанной и очень хорошенькой знакомой, а существом... понятием... явлением – гораздо большего масштаба, большей мощи и силы, нежели я мог себе представить. Центром мира! Вселенной! Всего нашего, не имеющего предела, мироздания...
Сначала, в мерцающем лунном свете, я наблюдал более-менее четко видимый, то медленнее, то быстрее двигавшийся, а то остававшийся на месте – силуэт.
Это было на берегу.
Потом, когда Ирина вошла в реку и понемногу стала от берега (и от меня) отдаляться, – «изображение» сделалось расплывчатым, смазанным.
Зато вполне отчетливо я слышал звучный плеск воды и наполненный радостью жизни, смех.
Вероятно, этот ее смех и сотворил со мной неладное...

Смейся, моя дорогая, смейся! Как чуден этот твой – заливистый, звонкий смех! Сейчас мы вместе, весело посмеемся с тобой.
То ли это я сказал вслух – довольно странную, непонятную совершенно фразу, то ли кто-то незримый произнес ее за меня...

Далее произошло самое странное.
Я перестал вдруг стоять, подобно столбу, в том месте, куда меня отправила Ирина. В один момент стянул с себя одежду, которую как попало побросал на землю.
Набрав полную грудь воздуха, словно рванул в карьер, – за одну, или две секунды преодолев разделяющее меня с рекой пространство.
Влетел в воду, вызвав волну и наделав шума.
И через мгновение – оказался рядом с ней.

Испугавшись нежданного и стремительного моего вторжения, громко вскрикнув, – Ирина отпрянула от меня. Отступила. Выставила вперед руки – точно стараясь защититься. Затем – развернулась и пустилась бежать. Так быстро, как это только возможно, когда тело наполовину находится в воде.
Я бросился за ней!
– Ирина!
Она как будто не услышала. Продолжала рассекать крепкими своими бедрами воду.
– Ирина!!!
Услышала.
Остановилась.
Я тоже остановился. И стоял на месте, не осмелившись подойти к ней ближе.
– Ирина! – в третий раз позвал я ее.
Повернулась ко мне лицом.
– Куда же ты? Зачем ты от меня бежишь?
– А как я должна была поступить? – не сразу ответила она. – Зачем ты меня так напугал? Сердце чуть не разорвалось!
Она отрывисто, тяжело дышала.
– Извини! Мне следовало тебя предупредить.
– Почему же не предупредил?
– Не успел...
– Не успел... – повторила за мной Ирина. – Сердце все еще бьется, как сумасшедшее...
Она приложила руки к груди.
Послушала.
Немного успокоилась.
Затем медленно приблизилась ко мне.
Встала близко – так близко, что и мой бедный «мотор» тоже чуть не разлетелся на части! И сказала:
– Поцелуй меня!
А я...
Словно того и ждал!
Целую Вечность!
Только...
Я не стал ее целовать. Нет! Я совершил другое. Сграбастал, дрожащую – то ли от холода, то ли от не прошедшего еще испуга (а, может, от того и другого...) – в охапку, точно соломенный сноп, стянул туго кольцом рук, как стягивают его жгутом – и давай после мять-разминать...
Она и опомниться не успела!
Трепещет бесплодно в железных моих объятьях, отчаянно пищит – тоненьким комариным писком, а сделать ничего не может! Никак ей от меня не вырваться!
Про поцелуй же, о котором она просила, я и не вспомнил...

Какая-то сумасбродная, безалаберная птица – противным и зычным голосом, похожим на карканье рассерженной и злой вороны, – прокричала у самого моего уха. И упорхнула в ночное небо. Мне даже показалось, что птица задела – огромным своим крылом – волосы на моей голове.
Резкий этот крик привел меня в чувство – как будто пробудил от крепкого, глубокого сна.
А может, я на самом деле заснул?
Стоя...
(Однажды подобный казус со мной уже случался. Я находился в суточном наряде по столовой – было это на первом курсе, в самом начале учебы, когда мой организм еще не перестроился полностью на новый, более напряженный, режим жизни, нежели на гражданке. Мыл в огромных железных раковинах кастрюли, тарелки, ложки-вилки, чистил не очень острым ножом картошку – механическая картофелечистка, как назло, вышла из строя... Ночь выдалась бессонной. И под утро у меня, быть может, как и у моих товарищей, начались «глюки», «видения» – рассыпанные по кафельному полу картофелины вдруг «ожили», стали «ползать», «перемещаться» в разных направлениях; то они «ползали» тихо, как неповоротливые черепахи, а то быстро, подобно вертким мышкам... В какой-то момент я, прислонившись плечом к стене, закрыл глаза и в тот же момент «отключился»...).
И опора у меня за спиной была – молодая, высокая осинка, чуть слышно шелестевшая листьями.
Значит, все это мне приснилось?

Оставьте ваш отзыв


HTML не поддерживается, можно использовать BB-коды, как на форумах [b] [i] [u] [s]

Моя оценка:   Чтобы оценить книгу, необходима авторизация

Отзывы читателей