Категории
Жанры
ТОП АВТОРОВ
ПОСЛЕДНИЕ ОТЗЫВЫ  » 
Лев Соколов: Золотой Конвой
Электронная книга

Золотой Конвой

Автор: Лев Соколов
Категория: Фантастика
Жанр: Авантюрный роман, Боевик, Исторический
Статус: доступно
Опубликовано: 05-12-2017
Просмотров: 852
Наличие:
ЕСТЬ
Форматы: .fb2
.epub
   
Цена: 100 руб.   
ОПЛАТИТЬ
  • Аннотация
  • Отрывок для ознакомления
  • Отзывы (1)
Роман о поиске потерянных сокровищ Российской Империи, так же известных как "Золотой Эшелон Колчака". История, вековой давности, когда в хаосе гражданской войны, в Сибири исчезли, и так и не были найдены, многие тонны золота. ... Действие романа происходит в двух временных линиях: В 1919ом году белогвардейский отряд, отбиваясь от наседающих охотников, будет прятать золотой груз. И в нашем настоящем, - где герой с друзьями отправятся за несметным потерянным богатством. Естественно, не без конкурентов. Удивительно, как многие события вековой давности похожи на наши современные дела. Я постарался уловить, чем дышали в то время наши предки. Часть повествования идет от лица белых офицеров. Будут присутствовать и красные. Я старался понять их всех, как мог. Итак, начнем историю о золотом кладе.
Он объявился утром. Прекрасным, воскресным утром, о погоде которого ничего не могу сказать, потому как я спал. Да, дрых у себя дома на раскладном диване, и видел десятый сон. Тут-то и зазвонил телефон. Сколько-то там я пробуждался... Переходил из сна в явь, шарил по округе руками, пока наконец не нащупал мобилу. Потом еще крутил её, пытаясь спросонья сообразить, чего нажимать, и как прикладывать к голове. Долго короче. Менее терпеливый абонент уже давно бы прекратил звонить. Но не он. Потому что это звонил Ваня.


- Ал-лл-оо-о... - наконец сказал я. Это началось как слово, а закончилось зевком.
- Привет, брат! Узнал? - Плеснуло оптимизмом из трубки. - Это Иван!
- Иди ты на хрен! - Проинформировал я о маршруте, и с чистым сердцем приготовился дать отбой.
- Чего? - Успели удивиться с той стороны.
- Ты времени видел сколько? - Пробубнил я. - У тебя совесть есть?
- А сколько? - он там на секунду запнулся, видимо оторвав мобилу от уха, и поглядев время, - да семь часов уже.
- Уже... Утра! - Рявкнул я. - Воскресенья, между прочим. Люди, знаешь в такое время еще могут спать.
- Ну прости, прости, дружбан, - мимолетно покаялся Ваня. - Я такое узнал! Не мог ждать! Ты щас просто обалдеешь! Я у твоего дома. Ща поднимусь!
- Не надо. - вяло буркнул я, но в трубке уже загудели решительные гудки отбоя.

Я отложил трубку на тумбочку, и крякнул. Ну просто отлично... Пару минут я пялился в потолок, на котором утреннее солнце раскидало контрастные тени. В коридоре настырно запиликал домофон. А-ааа, он уже тут... Появилась соблазнительная мысль-двуходовочка: - отключить мобилу, и не подходить к домофону. Но ведь чтоб отключить домофон, все равно придется к нему доползти... И так уде сна ни в одном глазу; сбил гад. И потом, - обидится. Лучший друг, все-таки.

Я откинул одеяло, и преувеличено бодро выбросил себя из постели. Нащупал ногами шлепки, и вышел из комнаты в коридор. Долго ждать Ване не пришлось. И комната-то у меня не велика, а уж коридор - одно название; точка пересечения троп между выходом и санузлом. Это называется 'квартира-студия'. Под ипотеку...

- Кто? - На всякий случай вопросил я в домофон.
- Ну кто? - Возмутился Ваня. - Открывай!

Я вздохнул, и нажал кнопарь. Внизу пиликнула разблокированная парадная дверь. Закрылась с гулом. Пока там Ваня одолевал лифт, я открыл дверь в ванную, и плеснул на физиономию холодной воды. Сразу пободрело. Из зеркала на меня глянул припухлый ото сна я. Короткая стрижка и укрощенная триммером щетина, позволили упорядочить волосы одним движением руки. Входную дверь энергично задергали. Затем зазвонил звонок. Я вышел из ванной.

- Кто там? - Мстительно уточнил я, глядя в глазок.
- Да ну кто?!! - Вскипел Ваня. - Открывай давай!

Хохотнув, я провернул замок. Ваня-вихрь, влетел, мимолетно всучил мне свою руку для пожатия, вывалился из кроссовок, и промчался мимо меня в квартиру, рассекая воздух растрепанными патлами.
- Давай к кухне, - махнул рукой я. - Ударим по чаю.
Мы перебрались 'к зоне кухни', как это называют, а говоря точнее, в ту часть комнаты, где был обеденный стол, раковина и плита. Ваня оккупировал стул.

- Рассказывай, - предложил я, пока сам доставал из шкафчика чашки, и турецкий гранатовый чай.
- Уф... - Продул трубу Ваня. - Старик, на этот раз дело верное!
Я застыл с чайником в руках.
- Опять клад, Вано?
- Я ж говорю, теперь верняк!

Я помолчал, глядя в его честные, восторженные глаза.

- Ваня. - Проникновенно заговорил я. - Я в этом не участвую. Тебе прошлого раз не хватило? Когда твоя 'Пантера в болоте' оказалась старой сеялкой? Весь отпуск в грязище проползали! В тот раз, помнится, тоже было 'верняк'.
- Я ж не отрицаю. - Без тени сожаления подтвердил Иван. - В тот раз капитальный конфуз вышел. Опыт сын ошибок трудных, и все такое... Но теперь-то совсем другое дело!
- Да-а.
- Ну ты можешь послушать просто? А уж потом будешь брызгать секпсисом. Дай сказать-то.
- Ну, валяй, валяй. - Меланхолично согласился я.
- Короче, - ты про клад Колчака слышал?

Я подумал, машинально крутя чашку в руках.
- Ну про Колчака слышал, кое-чего. В начале 20го века, во время гражданской войны, был правителем одного из кусков страны. Он? Фильм про него еще был, с таким носатым актером...
- Да, он. - Кивнул Ваня. - Чего еще помнишь?
- Слушай, - я снял с подставки, и поставил перед ним закипевший чайник, - ты же знаешь, мое хобби - история древнего мира.
- Да-да, - фыркнул Иван. - Все эти твои древнегреческие римляне, и древнеримские греки. Не стыдно? Про каких-то иноземцев копаешь, а историю своего народа вековой давности - ни бум-бум.

Это был наш с Ваней давний спор. Меня привлекала античность, ну максимум раннее средневековье. Он же был ярый националист, и его любимой темой были первая, и вторая мировая. В этом отношении, мы дополняли друг-друга недостающими знаниями. Спор был давний, - и начинать его сейчас по новой, я не собирался.

- Ну чего еще помню?.. - Я почесал затылок. - Недолго у твоего Колчака музычка играла. Раздолбали его 'красные', и расстреляли. На том и сказке конец.
- Так, да не так. - Ваня сыпанул в заварочную чашку пучок гранатовых листьев, и залил крутым кипятком. - На самом деле, это не красные войска Колчака затюкали.
- А кто?
- Ну знаешь, это сейчас все пытаются свести, будто воевали 'красные' и 'белые'. Такое упрощение, для легкости. А на самом деле, кого в то время только не было. И красные, и белые разных мастей, и зеленые, и серо-буро-малиновые, и иностранцы. Полный хаос. А Колчак, получается... сам себя раздолбал.
- Это как? - я от удивления даже прекратил надрывать пачку мятных пряников, которые хотел высыпать перед Ваней в вазочку.
- Да вот так. После начала гражданской, в Сибири образовалось собственное правительство - 'Директория'. Колчак захватил у неё власть военным переворотом, и объявил себя диктатором. Проправил недолго, - около двух лет. И настолько за это краткое время умудрился достать местных, что мужики начали массово уходить в лес, сбиваться в партизанские отряды, и месить колчаковских солдат. Нападали на обозы, портили рельсы на железной дороге... Короче, реальная партизанская война. К моменту, когда красные начали наступление, войска Колчака, считай, остались без тыла, и коммуникаций. Войска были разрезаны на несколько кусков, подвоз боеприпасов и подкреплений почти невозможен. Красным оставалось только снять с ветки плод.
- Созревший. - Констатировал я.
- Сгнивший. - Поправил Иван. - Нельзя доводить свой народ. Колчак этого не понял, - за то и поплатился.
- Чем же твой Колчак так местных сибиряков умудрился достать? - Уточнил я.
- Чем... Ты пряники то-ко мне поближе двинь. - Достал поборами. Война дело дорогое. А кто пробовал возмущаться - тех в колчаковскую контрразведку забирали.
- И чего?
- И все. Забирали много. А выходило - мало. А если массовое возмущение - массовый расстрел. Знаешь, у нас в средней полосе России, события гражданской как-то замылились. Наложились более поздние беды, когда немцы в Великую Отечественную лютовали. А в Сибири подвиги войск Колчака долго помнили. Что-то вроде немецких карательных команд, и гестапо в одном лице. Люто они себя с населением вели. Оставили народу зарубку в памяти. - Резюмируя эти слова, Ваня умял мятный пряник.

- Чего ты в сухомятку? Погоди, чай разолью.
- Да не надо, - отмахнул надкусанным пряником Иван, - пусть настоится. Самое смешное, что на допросах у красных Колчак делал невинные круглые глаза, и утверждал, что о жестокостях к населению и пленным он ничего не знает. Мол, это подчиненные там тайно зверствовали, а он всегда был в белом, и д'Артаньян.
- А может, правда не знал? - Предположил я.
- А какая разница? Кому в его застенках от этого легче было? Ты главный, - с тебя и спрос. Ну, в общем, как ты и сказал, - пустили красные Александра Колчака в расход.
- Жутковатое словцо, - поморщился я. - 'В расход'.
- А тогда время вообще жутковатое было. Голод, тиф, мясорубка гражданской. Сейчас вот курс рубля, доллара и евро люди меряют. А тогда человеческая жизнь по иному курсу шла: - по цене патрона. Я читал воспоминания врачей тех лет. Так пишут, у некоторых участников гражданской, психическая болезнь развивалась. Им надо было кого-то убить, хоть раз в день. Тогда бодрый, веселый. А иначе - ломка, сонливость, апатия. Наркоманы смерти. Причем, от стороны за которую воевал, это никак не зависело. На гражданской святых нет. Вот и выражения для обозначения убийства были, - 'в расход', 'в распыл', 'списать'. Бухгалтерия братоубийства.
- Мда... - Я помолчал. - Ну а клад-то?

- Ах-да! Клад! - Снова завелся Ваня. - Значит, слушай расклад. В 1915ом году, половина золотого запаса Российской Империи, хранилась в Казани. В 17ом, когда начался кризис и революционные непонятки, туда же начали стекаться ценности из других крупных отделений Центрального Императорского банка, и частных банков. Меняя хозяев, в хаосе гражданской, золотой запас еще попутешествовал, пока в 1918м не попал в Сибирь. То есть как раз - 'Директории', а после переворота - под контроль правительства Колчака, который разместил его в городе Омск. Ясное дело, что во всей этой неразберихе, золотой запас несколько 'похудел'. Но все же, Колчаку достались огромные ценности.
- Насколько огромные? - Заострился я.
- Гигантские! - Взмахнул Ваня пряником. - Управляющий делами совета министров при правительстве Колчака, - господин Гинс, докладывал, что в распоряжении имеется 688 тонн золота!
- Бхе-е! - Подавился пряником я. - Сколько?!
- Там еще были 480 тонн серебра, и всякое барахло, вроде платины, и ювелирных художественных ценностей, - небрежно дополнил Ваня, - но это уже так, на закуску.
- Это... это много.
- Да, - согласился Ваня, - но ты погоди радоваться. К чести Директории, пока она была у власти в Сибири, - золотой запас почти не расходовался. Все расчеты производились бумажными деньгами, которые директория нашлепала на станках. Но как только Колчак пришел к власти, - он тут же принялся транжирить золотишко.
- Куда?
- В основном тут подсуетились союзники по Антанте.

- Антанта... - я наморщил лоб, - это же блок государств, который воевал против немцев в Первой Мировой войне. Туда входила и Россия.
- Именно. Антанта, - это Британия, Франция, США, Япония, и другие страны помельче. А когда в России случилась гражданская, - эта самая Антанта поддержала некоторых её участников, против других. Там, если упрощать, было так: Красные в России считали, что нужно строить новый общественный порядок, и все находящиеся в стране ценности и предприятия должны принадлежать народу. А если учесть, что некоторые предприятия в России уже давно контролировались финансовыми магнатами стран Антанты, - им это сильно не понравилось.
- Не хотели активы терять.
- Точно. Поэтому Антанта выступила против красных, и поддержала их противников - в том числе Колчака. Помогала ему оружием, обмундированием, и прочими военными запасами. Все это под трындеж о союзническом долге, боевом братстве с Россией... Но, как и положено дельцам, - не за красивые глаза.
- То есть союзники Колчаку оружие тупо продавали?
- Да. Но, не за бумажные рубли. Они к тому времени уже катастрофически обесценились. Все что Колчак покупал, он оплачивал чистым твердым золотом. Русские деньги утекали за рубеж. Часть, - в оплату бомб и патронов. Часть, - депонировал, 'на хранение'. Эти деньги, понятное дело, потом тоже никто не вернул... Справедливости ради, когда союзники предложили Колчаку передать им золотой запас полностью - Колчак отказался. Видимо, понимал что это его последний козырь на руках. Но и без этого, Колчак умудрился растранжирить около 185 тонн.
- Нехило.
- Да. В 1919ом, когда колчаковские фронты уже трещали под натиском красных, началась эвакуация золота из Омска. Дальше на восток, по транссибирской магистрали. Это был так называемый 'Золотой Эшелон' Колчака. Он состоял из нескольких железнодорожных составов, в одном из которых ехали с сам адмирал с личным конвоем. Ситуация там была крайне сложная. Часть железной дороги контролировали войска Колчака. Часть 'союзники', в основном из чехословацкого корпуса. А часть - партизанские отряды красных, и не только красных.
- Слоеный пирог какой-то. - Заметил я.
- Именно. При этом, даже на подконтрольных Колчаковским войскам участках, местные железнодорожники устраивали 'любимому адмиралу' массовый саботаж. Двигаться в таких условиях по железной дороге было очень трудно. И под Иркутском, состав Колчака встал окончательно. Его блокировали чешские 'союзники'. А когда чехи получили от красных (которые блокировали другой кусок дороги), ультиматум, - то заключили с красными сделку: Отдали золото и Колчака, в обмен на беспрепятственный проезд к Владивостоку, где они могли погрузиться на корабли, и отбыть восвояси. Адмирал и золото достались красным. Ну, что было с адмиралом, - ты уже знаешь.
- В расход, - отхлебнув чая, пробубнил я.

- Точно. А вот с золотом сложнее. Красные действительно получили золотой запас, который в дальнейшем стал основой золотого запаса Советского Союза. Но получили катастрофически похудевшим. За время покатушек по железной дороге, золотой запас усох почти на треть! Недосчитались примерно 137ми тонн!
- Куда ж они делись?
- Куда... - Хмыкнул Иван. - Рассосались по тайникам и карманам. Тырили все, кто мог дотянуться. Союзники, местные мужики, колчаковские вояки которые решили обеспечить старость. Часть хоронили идейные белые офицеры, не для себя, а чтоб спрятать от красных. Крупные куски прятали в ухоронки, 'до лучших времен'. Сколько из тех, кто прятал, смогли потом вернуться за добычей - неизвестно. Но с учетом, сколько народа погибло еще потом в гражданской... К тому же красные вскорости закрутили гайки на границах, - многие эмигранты просто не смогли вернуться к своим тайникам. Представляешь, - каково это? Жить впроголодь где-нибудь в Париже, зная, что где-то лежат несколько твоих тонн золота? А?
- Так с ума сойти можно.
- Сойти, или спиться. Или попытаться нелегально попасть в страну, и погибнуть где-то на границе... Короче, - так и лежит часть золотого запаса империи, в забытых схронах.

- Ну ладно, история интересная, - я поставил чашку на стол. - А нам то что с того?
Ваня с ответом не торопился. Даже пряник отложил, и потер друг о дружку ладони. И потом воздел палец к потолку, - для значительности.

- А то, - проникновенно и торжественно сказал Иван, - что мы с тобой скоро откопаем один из таких колчаковских схронов!
- Откуда дровишки? - Меланхолично спросил я.
- На этот раз верняк, старик, - задушевно пообещал Ваня. Но увидев выражение моего лица, стер лыбу с лица, и заговорил максимально серьезно. - На этот раз, правда, без дураков. Есть у меня один знакомый. Потомок одного из офицеров, которые конвоировали золото. От предка ему досталась указка - где спрятано, и как взять. Все подробно.
- Ну... - я замялся. - И сколько там этого золота?
- Несколько десятков ящиков. - Пристально глядя мне в глаза, произнес Иван - Сотни килограмм, брат.

Я задумался. Золото... Я его видел, конечно. У матери был крохотный золотой кулончик, в виде оленя. А еще я, как свидетель, держал золотое кольцо на свадьбе у одного друга. И... и наверно, - все. Несколько грамм. Этим мое личное знакомство с золотом и ограничивалось. А здесь, речь шла о тоннах!

- Это же... целая прорва денег.
- Это охренеть до отвала башки, какая прорвища денег, мать их так!!! - Рявкнул Иван.

Передо мной призрачно поплыли золотистые тяжеленные слитки, украшенные по верхней грани клеймом двуглавого орла. Слитки водили хороводы спиралями и кругами, в воздухе стоял тихий золотой звон. В слитках было все: Погашение рабской ипотеки. Да к черту ипотеку! Красивая одежда, и роскошные авто, и дорогие отели, и море, и солнце, и яхты, и заискивающие взгляды обслуги, и прекрасные женщины с манящими глазами, и уверенность в себе, и небрежное чувство превосходства, и жизнь - другая, прекрасная, сказочная... Слитки звенели. Слитки - приглашение. Слитки - обещание.

- Погоди-ка, - я тряхнул головой, вытрясая из неё призрачные слитки, и возвращая трезвость ума - Что-то у тебя опять не сходится, Вано. - Что за знакомый? Что за предок? А почему его предок сам не взял клад? А? Ну бог с предком. Почему твой знакомый сам его не берет? Мы ему зачем? - Я скептически хмыкнул. - Чтоб поделиться счастьем?
- На любой твой вопрос, дадим мы ответ, - пообещал Ваня. - Но чтоб я тебе не пересказывал, лучше встретимся с Пашей. Он тебе все расскажет.
- Паша - это тот самый потомок? - Уточнил я.
- Именно. Уж он развеет все твои сомнения. А потом - рванём за кладом! У тебя ведь как раз намечается отпуск...
- Э-э, стопорни! - Вскинул руку я.

Золотые слитки в голове окончательно рассеялись. Зато живо вспомнился прошлый отпуск с Иваном - вымораживающая осенняя болотная грязь, в которой мы искали 'целую немецкую пантеру', ага...

- Знаешь что, Иоанн, - сказал я твердо, - В задницу твой клад! Свой великолепный, изумительный, долгожданный отпуск, я собираюсь провести в теплых краях. Нежась на шезлонге у моря, с маргаритой в руках.
- 'Маргарита', - это девушка или коктейль? - Уточнил Ваня.
- Как пойдет. Лучше обе.
- Так у тебя денег нет. - Подшпилил Иван. - Откуда море? На Гоа и Бали автостопом не доедешь.
- На Гоа нет, ну и что. Поеду в Крым.
- Пф, Крым, - надул губу Иван.
- Прекрасное место. История! Скифы. Памятники античности. Боспорское царство. Вексиляции римских легионов. Давно хочу съездить. Все лучше, чем в Сибири гнуса кормить.
- Лёва, ну чего ты завелся? - Проканючил Иван. - Я не понимаю, ты что разбогатеть не хочешь?
- Я отдохнуть хочу. - Заявил я. - Знаешь, этот промышленный альпинизм, тоже не сахар. Висишь где-нть на трубе, а наши питерские ветры тебе яйца между ног мотают. Хочу нормально отдохнуть.
- Смотри, - пригрозил Иван - я ведь поеду, разбогатею, - а ты потом будешь локти себе кусать. Ведь реально дело верное.
- У тебя и с пантерой было дело верное. И тоже, живой свидетель был.
- Да ну какой он свидетель?!. деревенский алкаш.
- Вот именно, Ваня. А в сказки я, извини, больше не верю. Повзрослел.

Иван решил зайти с другого конца.
- Старик, - себе не хочешь помочь, - мне помоги.
- Я тебе в прошлый отпуск помог.
- Знаю, ценю, виноват. - Помоги еще раз. Последний. Друг ты мне, или кто? У меня ведь важное обстоятельство.
- Какое еще обстоятельство?
- Влюбился. Женюсь. - Лаконично сообщил Иван.

Я округлил глаза.

- То есть я не понял... Как женишься? На ком?!
- На Маше, - объяснил Иван. Сотворив при этом такую физиономию, будто это имя было медом намазано.
- На какой еще Ма... Так, а почему я ничего не знаю? - От удивления вопросы у меня сыпались быстрее, чем я успевал их формулировать. - Когда ты с ней познакомиться успел?
- Ну, когда. Мы ж с тобой почти две недели не виделись.
- Ну, допустим. - Я все еще не мог прийти в себя. - Познакомится-то много времени не надо. А жениться... - ты ж с ней всего ничего знаком.
- Любовь разит с первой стрелы, - мечтательно вздохнул Иван. - Мы как увидели, сразу будто искра пробежала. А потом разговорились, и поняли, что у нас созвучие душ.
- Ага... искра... созвучие... - машинально бормотал я, будто эхо.
- Я вас познакомлю, и ты сам все поймешь. - Пообещал Иван. - Машенька - ангел.
- 'Ангел', к твоему сведенью, на древнегреческом означает просто 'вестник', - приходя в себя, буркнул я. - Ты в почтальоншу что ли влюбился?
- Слышь, ты не умничай, - погрозил мне пряником Иван. - Касайся моего сердца осторожно.

Нет, я его сегодня положительно не узнавал. Скоро этот увалень вообще начнет говорить шекспировскими сонетами.

- Ну ладно, - я развел руки. - Любовь, это я все понимаю. Но ты не думаешь, что несколько торопишься? То есть, что вам мешает просто пожить, присмотреться друг к другу?..

Я вдруг почувствовал, что в моем тоне зазвучали какие-то менторские нотки. Будто бы я был Ивану папой, который пытается его вразумить. Но с другой стороны, Иван был сирота, родителей у него не было. И кто еще, скажите на милость может ему вправить мозги, как не лучший друг? Впрочем, Иван тоже поймал мое настроение.

- Что это за старпёрские нравоучения? - Поинтересовался он.
- А ты как хотел? Я как твой лепший друг, можно даже сказать, старший брат, обязан...
- С чего это ты старший, - когда мы ровесники? - Фыркнул Иван.
- Потому что от любви глупеют, Ваня. Что ты сейчас наглядно демонстрируешь. Выходит, я сейчас старше умом. Ты вообще думал, на что вы жить-то будете? Маша твоя, - она кто?
- Ну, студентка. В Герцена учиться.
- Отлично. Ты со своим поиском и кладоискательством семью не потянешь. Это ж представляешь какие расходы? А если еще и дети пойдут...
- Вот! - Иван Победно вскинул руку. - Именно. Я ж тебе об этом и толкую! Теперь ты понимаешь, почему я просто обязан быстренько добыть этот клад?.. Там столько денег, что о финансовых проблемах можно забыть. От слова вообще. И мне. И тебе. Старик. Я влюблен. Я женюсь. Ты меня знаешь. Потому прошу - помоги.

Тут Ваня так по-бычьи свою шею мощную вперед наклонил, лоб на глазки надвинул. Знаю я его, - это у него признак окончательного и бесповоротного решения. Спорить бесполезно. Вспомнил я все те случаи, когда он мне на помощь приходил. Случалось, выручал крепко. Когда лупили меня в интернате старшие, со мной только Ванька стоял, вместе кровянкой умывались. Да и потом бывало всякое... И понял я, что накрылся мой отпуск у синя-моря медным тазом. Придется кормить комаров в какой-то глуши. С другой стороны... шевельнулась в голове шальная мыслишка. - Командировочка-то Ване в любом случае на пользу пойдет. Во-первых, может за эти пару недель, либо его, либо его зазнобу, приступ влюбленности отпустит, - и вопрос с экстренной свадьбой рассосется сам-собой. Ну и отсутствие клада, тоже охолонит его семейностроительные планы. Не то чтоб я против Ваниной свадьбы. Но ребята, - не через две же недели после знакомства!

- Ой Иванопулос, - вздохнул я. - Ладно, шут с тобой... Поедем, добудем твои Колчаковские мильярды.
- Лёва! Дружбан! - Радостно загудел Ваня как самолет на взлете. - Вместе у нас точняк все как надо срастется. Считай, мы уже с тобой богачи! Можешь уже сейчас начинать думать, как шиковать будешь!
- Да-да, - скептически хохотнул я.
- Братата! - Иван поставил локоть на стол и раскрыл мне ладонь. - Не журись! Мы едем на встречу приключениям!

Я звонко хлопнул по подставленной ладони. А Иван дурным голосом заголосил нашу старую песню, подслышанную в детстве, в старом сериале. Я подхватил. И мы загундосили вдвоем. Подражая козлиному голосу забытого исполнителя:

- Сталью клинка, владеет рука,
Верный конь ему в подмогу!
И лишь лунный свет озарит букву 'зет',
Как снова пора в дорогу!
Зорро-о - в бою ему равных не-еет!..

Теперь, задним числом я понимаю, - какие же мы были дураки.

Оставьте ваш отзыв


HTML не поддерживается, можно использовать BB-коды, как на форумах [b] [i] [u] [s]

Моя оценка:   Чтобы оценить книгу, необходима авторизация

Отзывы читателей

Владимир Стрельников, 06-12-2017 в 23:06
отличная книга, промежду прочим...