Категории
Жанры
ТОП АВТОРОВ
ПОСЛЕДНИЕ ОТЗЫВЫ  » 
Андрей Буторин: Чудес не бывает
Электронная книга

Чудес не бывает

Автор: Андрей Буторин
Категория: Фантастика
Серия: Сыщик Брок книга #1
Жанр: Детектив, Фантастика, Фэнтези, Юмор
Статус: доступно
Опубликовано: 19-05-2016
Просмотров: 864
Наличие:
ЕСТЬ
Форматы: .fb2
.epub
   
Цена: 50 руб.   
КУПИТЬ
  • Аннотация
  • Отрывок для ознакомления
  • Отзывы (0)
«Чудес не бывает», — упорно твердит частный детектив Брок, он же — Олег Брокалев. Материалист до мозга костей, Брок не верит в чудеса и принципиально расследует только те дела, для которых слово «сверхъестественно» является жалким оправданием неумелого сыска. Но придет день, когда железный Брок столкнется с явлениями не нашей реальности — и как тогда быть с его рационализмом? А все начнется так просто: «Помогите! У меня похитили… тело…»
Глава 1. Дело о проглоченной планете

Вошедший выглядел худо. Ой-ей-ей, как худо! Хоть и был далеко не худым. Скорее — толстым. Безобразно, отвратительно толстым! Пиджак так натянулся в «апогее» гигантского живота, что Броку всерьез стало страшно: не убьет ли его пуговица, если вдруг сейчас оторвется? Какую она сможет развить скорость? Ну, первую космическую — вряд ли, а вот скорость пули… как знать!
Брок с трудом оторвал взгляд от потенциальной маленькой убийцы и на всякий случай вышел из-за стола. А коль уж он сделал это, не оставалось ничего другого, как подойти к посетителю. Но осторожненько, сбоку. Тот, правда, тут же повернулся к нему лицом (и животом, соответственно), поэтому Брок, пожав мокрую подушку ладони, поспешил усадить толстяка в кресло. Сам же вернулся за стол и уже более спокойно глянул на посетителя. Ой, как худо тот выглядел! Двойные мешки под налитыми кровью печальными карими глазами (собственно, ею же налилось всё безразмерное лицо), дрожащие синие губы, одышка, пот, льющийся с лысины из-под шляпы… Ага, шляпу снял. Так и есть — лысина, тоже, разумеется, багровая. Будь Брок не сыщиком, а врачом — тут же кинулся бы мерить несчастному давление, а возможно и делать кесарево сечение… Но он — сыщик, поэтому прочь сантименты! Брок снова встал:
— Рад видеть вас в нашем агентстве! Слушаю вас очень внимательно.
— А с кем я имею честь говорить? — просипел толстяк с легкой картавинкой и промокнул лысину галстуком. — Мне сказали, помочь может только Брок…
— Я и есть Брок! — радостно воскликнул сыщик и опять сел. — Да-да, Брок! Это я.
— Я — Русский, — колыхнулся посетитель.
— Да я, собственно, тоже… Видите ли, Брок — не фамилия. Это, так сказать, псевдоним. Сокращение от «Бритвы Оккама». Вы видели вывеску?
— Нет… то есть, да, видел. — Толстяк побагровел еще больше (хотя куда уж больше-то?). — Но вы не поняли меня. Это моя фамилия — Русский. Измаил Самуилович Русский.
— Ага… Конечно, как же! — расцвел дружелюбием сыщик. — Тогда тем более!
— Тем более что? — подозрительно спросил Русский.
— Тем более я — Брок!
Толстяк призадумался на мгновение, но тут же мотнул головой, разбрызгивая по кабинету капельки пота, и голосом, полным отчаяния, выдал:
— Помогите мне, господин Брок! — Пальцы его смяли несчастную шляпу, и она сразу потемнела от влаги.
— Для того я тут и сижу, — приподнялся и вновь опустился в кресло Брок, подчеркнув этим сказанное.
— Да-да, конечно… Понимаете, у меня беда! Звонил в милицию — трубку бросили. И никто, никто мне не верит! Чудес, говорят, не бывает…
— Так у вас чудеса? — встрепенулся сыщик. — Тогда вы обратились как раз по адресу! Видите ли, я и занимаюсь только теми делами, которые кажутся чудесами.
— Что значит «кажутся»? — обиделся Измаил Самуилович. — У меня — настоящее чудо! В смысле, чудесная беда… то есть, бедные чудеса… Тьфу!.. Горе у меня, а вы… — Обиженная гора стала подниматься из кресла.
— Что вы, что вы! — замахал Брок руками, выскакивая из-за стола. — Вы меня неправильно поняли! Я верю, что у вас бедовое чудо… чудовое горе… В общем, то самое и есть!..
Толстяк нахмурился, но попытку подняться прекратил. Кресло с досадой скрипнуло.
Брок взял от стены стул и сел рядом с Русским. Чуть-чуть сбоку.
— Вы меня, пожалуйста, выслушайте! Я вам растолкую свою точку зрения, и если она вас не устроит, вы можете уйти. Но сначала послушайте, прошу вас!
Посетитель в очередной раз колыхнулся, то ли выражая согласие, то ли как бы говоря: «Ну, не знаю…» В любом случае, и то и другое сыщика устраивало, а потому он продолжил:
— Вам правильно сказали, что чудес не бывает, это именно так!.. Нет-нет, дослушайте, прошу вас! Чудес не бывает, но происходит много событий, кажущихся нам порой чудесами. Может, вы слышали, что при Российской Академии Наук даже создали Комиссию по антинауке? Ну, как же?! Знаменитый академик Гинзбург Виталий Лазаревич в ней состоит, вам ли не знать!.. Ну, не слышали — и ладно. А я вот знаю. Мало того, — Брок перешел на шепот, — я тоже в ней состоял!.. Ага. Мы объясняли там научными методами так называемые чудеса: НЛО, экстрасенсорику, «снежного человека» и даже, простите, Бога…
— Ну, знаете, ли! — дернулся с кресла Измаил Самуилович. — Нам, видимо, не по пути.
— Да погодите вы! — вскочил Брок. — Дайте же договорить! Ушел я из Комиссии… Мне тоже с ними оказалось не по пути. Я свой путь выбрал — людям помогать!.. — Сыщик достал платок и шумно высморкался. — Но! — продолжил он чуть дрогнувшим голосом. — Я вынес из прошлой работы главное свое убеждение: чудес не бывает, всему можно найти логическое, строго научное объяснение! И я его нахожу. Ведь почему мое агентство носит такое имя? «Бритва Оккама» отрезает бредовые фантазии и мистику, оставляя место лишь естественнонаучным объяснениям некоего явления и, разумеется, логике.
Да вот вам пример! Приходит как-то клиент. Дескать, спасите, беда! Пропал сын, заговорила собака и, самое странное, замолчала жена! Я с ходу делаю абсолютное логичное предположение: собака взбесилась, откусила язык у жены и проглотила сына, который теперь и «чревовещает» изнутри… Я посоветовал клиенту срочно вызвать ветеринара и сделать собаке резекцию желудка, пока мальчика не переварило. Увы, я ошибся, сделав поспешные выводы… Я ведь не знал, что «мальчику» уже под тридцать и жене клиента столько же. Сын у того от первого брака, с «мачехой» был очень дружен — как оказалось, даже чересчур! Так вот, жена укатила на Канары, каждый день звонила супругу, а потом вдруг замолчала. Почему? А потому что «сынок», не сказавшись отцу, укатил к «мамочке». Разумеется, после этого ей уже стало не до разговоров…
— А собака? — спросил Русский.
— Что «собака»? — удивился Брок.
— Почему заговорила собака?
— А вот это действительно осталось загадкой, вы знаете… Но это ведь уже мелочи, не так ли? Какая-то собака, когда в семье — драма!
Посетитель засопел, о чем-то усиленно размышляя. Услышанная история его явно заинтересовала.
— Я вот что подумал, — изрек он в итоге раздумий. — Быть может, псина проглотила мобильник того человека? Жена продолжала с ним разговаривать, а ему казалось, что это собака!
— Вы знаете, а ведь я об этом не подумал… — в свою очередь задумался Брок. — Интересная версия! У вас удивительно развито логическое мышление, мой друг! Не хотите поработать у меня консультантом?
— Не хочу, — честно ответил Русский.
— Что ж, — встал сыщик и протянул посетителю руку. — Тогда не смею вас более задерживать.
— Не смеете? — вылупился на него Измаил Самуилович. — А как же моя проблема?
— Еще проблема?! — удивился Брок.
— Что значит «еще»? Разве какая-то уже была?
— Ну, как же… А эта, с собакой? Ах да, простите!.. Ну, что ж, я вас слушаю. — Брок снова плюхнулся на стул и заложил ногу за ногу. — Надеюсь, вы не проглотили мобильник?
— Хуже, — буркнул Русский. — Похоже, я проглотил планету. — И он осторожно погладил свой необъятный живот.
— Планету? — участливо закивал сыщик. — Да-да, конечно. Типичный, знаете ли, случай.
— Типичный? — вспыхнул толстяк. — Что вы хотите этим сказать, господин Брок?!
— Ну, вы знаете, — смутился Брок и покрутил в воздухе ладошкой. — Планеты там всякие, кометы, астероиды… Спутники, опять же, — как естественные, так и, вы не поверите, искусственные. Да-да! Вот, недавно сообщали: на спутник Сатурна Титан сел земной аппарат! Вы представляете? Миллионы километров! Мил-ли-о-ны!
— И что? — обиженно фыркнул клиент. — При чем тут это?
— Да как же?! Разве вы не слушали мое объяснение? Всё это имеет логическое, абсолютно научное объяснение! Еще Иоганн Кеплер вывел законы движения планет, а также комет, астероидов и прочего космического мусора. Всё просчитано, всё математически обосновано!
— И планета в моем животе обоснована?! — вскипел Измаил Самуилович.
— Ну-ну, голубчик, не кипятитесь, — похлопал Брок Русского по плечу. — Обосновать можно всё. Хотелось бы только знать: с чего вы взяли, что в вашем животе планета? Хотя… — Сыщик критически оглядел выпирающий из-под пиджака шар. — Судя по форме… Скорее, именно планета, нежели, допустим, астероид. Те, знаете ли, в большинстве своем имеют неправильные формы.
— Эх-х-х! — шумно выдохнул Русский. — Если бы мне было еще куда пойти!..
— Зачем? Чем же я вас не устраиваю? Или, может, в моих рассуждениях отсутствует логика? Вы меня обижаете, голубчик…
— Логика таки есть, — не стал спорить Измаил Самуилович. — Только она, уж простите, несколько… нечеловеческая.
— Так-так-так, — надулся Брок. — Переходим на личности. Продолжайте, чего уж!
— Вы рассуждаете как машина, как, извиняюсь, робот! Всё у вас просчитано, всё обосновано, чудес не бывает… Вы хоть понимаете вообще, в чем моя проблема? У меня в животе — пла-не-та! Обитаемая, между прочим.
— Ах, вот даже как? — закинул ногу на ногу сыщик. — Ну, ладно. Пусть я робот, Франкенштейн, пусть даже Железный Дровосек. А вы сами-то, часом, не Великий Гудвин? Или, хотя бы, Гудини? Что это за фокусы — населенная планета в животе? Что за бред вы несете, милейший? — Видно было, что Брок чертовски обижен. Никогда ранее он не позволял себе разговаривать с клиентами в таком тоне. И сыщик осознал это. Вновь подскочил со стула и даже слегка поклонился толстяку. — Простите меня, ради Бога, Измаил Самуилович! Нервы, нервы! Работенка еще та, знаете ли… Давайте вернемся к вашей проблеме. Непосредственно, так сказать. Без лишней лирики. Будем считать, что я и впрямь робот. Дайте мне вводные!
— Хорошо, — смягчился клиент. — Простите и вы меня. Я вас прекрасно понимаю: трудно поверить в то, что свалилось на мою голову!
— Планета?! — ахнул Брок. — На голову? Позвольте, но вы же сказали — в живот!
— Вы действительно робот, господин Брок. Понимаете всё настолько буквально… Ну, конечно, в живот. И не свалилась, разумеется, в прямом смысле, а… гм-м… похоже, я ее проглотил.
— Зачем?! — не удержался сыщик.
— Буду с вами откровенен: есть у меня один большой недостаток. Я страшный обжора! Ем всё и всегда. Вы не представляете, как мне тяжело не проглотить чего-нибудь в течение получаса. Вот, кстати, я не ел уже минут сорок — и у меня просто в глазах темнеет. — Русский зажмурился и тряхнул головой. На сыщика полетели капли. Он отбежал к столу и занял свое прежнее место.
Толстый клиент открыл глаза, не увидел рядом Брока, и челюсть его начала отвисать.
— Я здесь! — щелкнул пальцами сыщик. — Сейчас позвоню дочке, она принесет обед. Обычно мы работаем вместе, но заболела супруга… — Он потянулся к телефону.
— Что вы, что вы! — замахал руками Русский. — Ни в коем случае! Такие хлопоты из-за меня!
— Почему из-за вас? — Брок стал набирать номер. — Я всегда обедаю в это время. Из-за вас я его как раз чуть было не пропустил… — Лицо сыщика приняло умильное выражение: — Алло, дочурка! Обедик готов? Неси скорей, папа проголодался! — Услышав, как посетитель шумно сглотнул слюну, добавил: — И дядя тоже. Какой? Большо-о-ой! Так что неси шустренько и многонько. — Брок положил трубку и встревоженно глянул на исходящего слюной клиента. — Вам плохо, Измаил Самуилович?
— Ничего-ничего, — Русский вытер галстуком лацканы пиджака и подбородок. — Простите, как начинаю думать о еде…
— Сейчас дочка принесет чего-нибудь вкусненького. Моя жена так готовит! М-м-м… — Сыщик закатил глаза. Но тут же вновь принял официальный вид. — А пока вернемся к делу. Итак, вы сказали, что едите всё и всегда. «Всё» — надо полагать, фигуральный оборот речи? А то скажете опять, что я буквоед. А я, знаете ли, хочу наконец услышать историю про планету.
— Да-да, я как раз подошел к этому… Собственно, мне и рассказать-то нечего. Видимо, я проглотил ее случайно. Может, с немытыми фруктами? Ленюсь иногда помыть — это ж вставать надо, идти к крану…
— Понимаю! — поддержал Русского Брок. — Прекрасно вас понимаю.
— Это хорошо, что мы стали-таки находить взаимопонимание. Потому что сейчас я и хочу вам рассказать про чудеса. Два дня тому назад я первый раз услышал голос. — Измаил Самуилович предупредительно вытянул руку: — Только не думайте, что я псих!
— Это было бы чересчур простым решением, — замахал руками сыщик. — Не хочу даже останавливаться на данной версии!
— Спасибо. Так вот, голос звучал негромко, но… как бы это правильно выразиться… отчетливо и убедительно. Я думал, радио, или соседи шумят — стены-то, сами знаете…
— Ой, и не говорите! — отмахнулся Брок. — Та же история! Просыпаюсь как-то, а у жены бессонница — колет орехи на кухне молоточком. Кричу: «Сколько времени, Ирусик?», а мне сосед из-за стенки: «Полтретьего ночи, уроды!» Падение нравов полнейшее! Бескультурье, грубость. Простите, я вас отвлекаю…
— Молоточком? А вы, извиняюсь, в каком доме живете?..
— Да разве это жизнь? — вздохнул сыщик. — Не берите в голову, продолжайте.
— Так вот, — подозрительно оглядев сыщика, продолжил Русский. — Прислушался я, а голос-то из живота идет…
— Мужской, женский? — Брок схватил ручку и занес ее над блокнотом. — Акцент? Заикание? Отличительные признаки?
— Не понять чей. Скорее, механический, неживой какой-то. Как это?.. Синтезированный, да?
— Вам виднее! Вы же его слушали.
— Ну да. Вот он-то и сказал, чтобы я вернул их планету. Дал сроку три дня. А как я ее верну? Я, простите уж… — Толстяк огляделся и зашептал: — Даже слабительное принимал и клизму ставил…
— Вот теперь я вам верю! — погрозил сыщик пальцем. — Такое не придумать.
— Да уж!.. Только не помогло ничего. Вчера снова был голос. Сказал, два дня осталось.
— А что потом?
— А потом, говорит, запустим ракету. На поражение.
— И кто же это, по-вашему, говорил?
— Как кто? Инопланетяне, естественно! Ну, то есть, жители этой моей планеты.
— Голубчик, но ведь инопланетян не бывает! — заломил руки Брок. — Ну, нет никаких инопланетян, понимаете?
— Да как же нет, если есть? — занервничал Русский. — Вы что, опять за свое? И планеты, по-вашему, нет?
— А вот этого я не говорил, не надо передергивать, голубчик! Планета — физический объект. А вот инопланетяне, зеленые человечки, НЛО всякие — это уже к другим специалистам! Хоть ноль-два звоните, хоть ноль-три — и там, и там с удовольствием помогут.
— А как же голос?!
— Голос — это уже надо думать. Вот это как раз моя работа. Может, вы тоже мобильник проглотили…
— Так вы беретесь мне помочь?
— А зачем я иначе тратил бы на вас столько времени, Измаил Самуилович? Конечно, берусь! — Сыщик снова вышел из-за стола. — Вот только пообедаем с вами — Сашенька уже идет.
Входные двери и впрямь распахнулись. В кабинет впорхнула изящная блондинка в джинсиках и желтенькой кофточке. Чмокнула в щеку папу, поставила на стол объемную сумку, бросила из-под длинных ресниц застенчивый взгляд на посетителя.
— Знакомься, Сашенька, — повел рукой Брок. — Господин Русский!
— Никогда бы не подумала, — покраснела девушка.
— Это у меня фамилия такая — Русский, — поспешил объясниться смущенный клиент. — Измаил меня зовут. Можно Изя.
— Самуилович, — добавил Брок. И принялся шурудить в сумке.
— Сядь, папа, я сама! — перехватила сумку Александра. Сыщик послушно вернулся в кресло.
Девушка достала большой алюминиевый термос, затем термос поменьше — с веселыми райскими птичками на боках, а напоследок — желтую эмалированную кастрюлю, замотанную полотенцем. Извлекла два комплекта тарелок, по паре ложек и вилок, разложила и расставила на столе.
— Подсаживайтесь, Изя Самуилович! — мурлыкнула Сашенька и принялась разливать густую бордовую жидкость, исходящую паром.
Русский, словно сбросив вмиг полцентнера веса, резво подкатил к столу кресло. А Брок, напротив, столь же резво отпрянул от тарелок.
— Фто это?! — зажав нос, прогундосил он в ужасе.
— Папа! Как не стыдно?! Это борщик, — закачала головой Александра. — Мама совсем разболелась, и я всё приготовила сама. Под мамину, разумеется, диктовку. — Девушка отвернулась от неблагодарного отца и улыбнулась Русскому. — Это мой первый в жизни кулинарный опыт! Изя Самуилович, попробуйте. Мне так важно услышать ваше мнение…
Расцветший от Сашенькиной улыбки Русский с готовностью схватил ложку.
— Стойте!!! — вскочил Брок, в ужасе вскинув руки. — Не делайте этого, прошу вас!
— Отчего же? — Измаил Самуилович занес столовый прибор над тарелкой. Сыщик схватил первое, что подвернулось под руку — им оказался калькулятор — и швырнул, метя в ложку. Удар достиг цели — ложка звякнула об пол, а побледневший посетитель затряс ладонью.
— Вы что? Рехнулись?!
— Простите, Бога ради, но это опасно для жизни! — схватился за голову Брок. — Всё, что впервые делает моя дочь, заканчивается катастрофой! Я помню, как в детстве она первый раз искупала котенка! Как пошла в первый класс! Как полгода назад впервые села за руль!..
— Папа! — тряхнула светлой челкой Сашенька. — Не позорь меня перед гостем! Котенок, между прочим, выжил.
— А инфаркт директора школы? А гипс инструктора по вождению?! По самые брови…
— Разве я виновата, что мужчины такие слабаки? — Девушка вновь улыбнулась Русскому: — Не слушайте его, Изя Самуилович, папа порой словно бредит.
— Я это заметил, — пробурчал шокированный толстяк. Пыхтя, наклонился, поднял ложку, обтер ее галстуком и снова занес над тарелкой.
Брок рухнул в кресло, всё еще сжимая голову руками. Вдобавок зажмурив глаза.
— Как хотите… Дело ваше. Вы предупреждены. Надеюсь, вы хорошо подумали? Это ваше конечное решение?
— Если уж вы так против того, чтобы я покушал, — вызывающе начал Русский, — то, учитывая вашу извращенную логику, мне следует поступить как раз наоборот! Будем считать это нашим общим решением! — И голодный толстяк начал жадно поглощать «борщик». Опустошив тарелку, он мигом прикончил и порцию Брока. Сашенька с готовностью подала второе и обернулась к отцу:
— Вот видишь, папа, он вовсе не умер!.. — Девушка замерла с открытым ртом. Брок смертельно побледнел, волосы на его голове шевелились, а трясущийся палец указывал за спину дочери.
Саша оглянулась. Не будь она девушкой закаленной и мужественной, — плоть от плоти сыщика Брока — завизжала бы наверняка! Измаил Самуилович Русский, судя по всему, завершал свои бренные дела в этом мире. Толстое лицо его исказила гримаса адского ужаса, словно он глядел уже в котлы Преисподней. А может быть, таким причудливым образом оно отражало восторг от вида райских кущ. Щеки несчастного толстяка посерели и обвисли, глаза выкатились и стали белыми, как у снулой рыбы, язык в хлопьях пены вывалился на подбородок. Скрюченные пальцы впились в кожаные подлокотники кресла — да так, что обивка одного из них лопнула. Но самое страшное происходило с животом Измаила Самуиловича. Он то опадал, то раздувался, то начинал под натянутой до треска тканью кошмарный, завораживающий безумием танец. А еще — живот хрипел и булькал. Сашеньке показалось, что она слышит из поджировых глубин вопли ужаса и отчаяния. А еще ей почудились странные хрипы, напоминающие обратный отсчет: «…Три, два, один, пуск!»
Живот Русского прыгнул. Треснула ткань пиджака. Возле уха сыщика Брока свистнула долгожданная пуговица. Пискнуло двойное стекло оконного стеклопакета, возмущаясь сквозной дырой. Дрогнули стены. Измаил Самуилович Русский, раскинув руки и распластав голое пузо, лежал на полу. Глаза его были закрыты.
Первой к упавшему бросилась Саша.
— Папа, он еще дышит! Скорее звони!.. — Девушка отбросила с груди умирающего остатки рваных лохмотьев, сдернула с толстой шеи галстук. Она лихорадочно соображала, с чего следует начать: с искусственного дыхания рот-в-рот, или с массажа сердца. И то, и другое ей было внове. До сердца сквозь жировые прокладки было, пожалуй, не добраться. Искусственное дыхание делать не хотелось. Особенно рот-в-рот. Да и надо ли, раз человек дышит? Тут Сашенькин взгляд упал на обнаженный живот несчастного, безвольно съехавший набок, и девушка всё же не смогла удержать крик: — Мамочка, кровь!!! Папа, он ранен!
Чуть выше пупка Русского зияла черная дырочка. Из нее печально вытекала алая струйка.

К счастью, «скорая» приехала быстро. Худая, строгая врачиха, бегло осмотрев живот Русского, кивнула санитару с водителем, стоявшим у входа с носилками, и пока те грузили неподъемного клиента, отвела Брока в сторону и, прищурившись, злобно шепнула:
— Огнестрельное!.. Милиции сообщу!
— Разумеется, это ваш долг, — ответил Брок, «не понимая» намека.
— Ну, как знаете, — сжала тонкие губы врачиха и вышла за кряхтящими с носилками мужчинами, сильно хлопнув дверью.
— Подумаешь! — скорчил рожу сыщик, убедившись, что его никто не видит. — Нашла чем пугать — милицией!..
— Тем более, выстрел был произведен изнутри живота, — профессионально подметила Сашенька.

Глава 2. Дама с помойки

Следующее рабочее утро сыщика Брока снова началось в одиночестве. Жена по-прежнему болела (хоть ей и стало немного лучше, так что на съедобный обед Брок всё же надеялся), поэтому Сашенька осталась с мамой.
Клиентов тоже пока не было (на «пока» Брок надеялся не менее сильно, хоть и прошло уже три бесполезных часа), так что сыщик, скосив всё же глаза на Сашенькин стол и даже заглянув под него, зашел в Интернет на сайт сетевого конкурса фантастических рассказов «Склеенные ласты».
Брок очень любил участвовать в различных сетевых литературных конкурсах, чем вызывал со стороны других членов семьи некоторое недоумение. Во всяком случае, Ирина Геннадьевна — дражайшая супруга — соболезнующе покачивала головой и горестно вздыхала, а Сашенька громко фыркала, морщила курносый носик и выразительно крутила пальцем у виска (последнее — когда думала, что папа этого не видит).
Он никогда не выигрывал в подобных конкурсах, мало того — даже ни разу не вышел в финал. Каждый раз сильно расстраивался, зарекался участвовать впредь, но… Как только начинался очередной конкурс — в голове сыщика начиналось брожение; сюжеты разбухали, обрастали действиями, персонажами, описаниями, прочей литературной лабудой, и Брок уже не мог удержать «крышку» — ее просто срывало мощной струей творческого пара. Сыщик на два-три дня забывал о делах, и строчил, строчил, строчил…
А потом начиналось время терзаний, когда участники читали и комментировали анонимные (в подавляющем большинстве подобных конкурсов) произведения сотоварищей. Брок не любил критиковать чужие творения и делал это редко, зато близко к сердцу принимал то, что писали о его рассказах другие. Он бледнел, когда его писанину ругали, краснел, если хвалили (да-да, случалось и такое) и не находил себе места, покрываясь пятнами, когда над ней издевались. А любителей поиздеваться среди конкурсантов хватало!
Особенно доставал Брока своими злобными пасквилями некто Мафиози (в основном «критики» пользовались подобными сетевыми псевдонимами — никами). Он столько раз надругался (другого слова сыщик не мог подобрать для подобного действа) над рассказами Брока, что тот готов был найти охальника «в реале» и сдать собственноручно в органы правопорядка для привлечения к уголовной ответственности по статье «Изнасилование в особо извращенной форме». Сыщик даже вычислил настоящее имя негодника, применив все свои профессиональные таланты. Им оказался Антон Кожинов — очень милый с виду (на фото, найденных в Интернете) молодой парень с добрыми серыми глазами и застенчивой улыбкой. Из-за коварной двуличности Мафиози Брок возненавидел его еще больше. Теперь он считал, что никакой суд не сможет наказать мерзавца по заслугам и очень мечтал задушить парня собственноручно.
Зато сыщик моментально таял, пунцовел, становился мягким, легким и пушистым, когда попадал под «критическое перо» некой Даши Панкратовой, которая никогда не пользовалась ником, что особенно подчеркивало в глазах Брока ее исключительную порядочность. Девушка (а может, бабушка — кто их разберет, этих виртуалов!) — настолько деликатно разбирала тексты сыщика, что даже явные ошибки и ляпы казались после ее добрых слов оригинальными находками. Поначалу Брок также хотел отыскать фотографию девушки, но потом испугался. А что если она и впрямь окажется бабушкой (а то и — чем черт не шутит? — дедушкой)?! Сыщик бы этого не пережил.
Конкурс начинался сегодня, в пятницу. Брок зашел на сайт и увидел тему. «Нанотехнологии на службе у Сил Зла», — прочитал он. Руки сыщика безвольно опустились. Что писать, он совершенно не знал. Так было почти всегда — озарение наступало обычно ближе к вечеру пятницы (срок для написания рассказов ограничивался вечером понедельника). Но на сей раз Брок действительно впал в ступор. Разумеется, он знал о нанотехнологиях, и знал немало. Но все эти знания говорили о том, что нанотехнологии — это перспективное направление в науке, что это прорыв к блистающим вершинам прогресса, изобилия… В общем, они говорили хоть и избитыми штампами советских агиток, но подразумевали не менее шаблонный вывод: нанотехнологии — это хорошо! Добро, то есть. Но никак не Зло. Ну, мелькал то тут, то там в околонаучных кругах шепоток о так называемой «серой слизи», в которую, при неосторожном обращении с новой технологией может превратиться вся наша планета, но… Но в подобные сказки сыщик Брок не верил. Потому что в чудеса не верил в принципе.
И потом, наверняка добрая половина участников конкурса как раз и возьмется обыгрывать эту «серую слизь»! А Брок непременно хотел на сей раз если не победить, то хотя бы пройти в финал, поэтому он непременно должен был написать нечто оригинальное! Но что? Что?!
Сыщик обхватил голову ладонями и закачался в кресле. О чем же писать рассказ?! Неужели — о «серой слизи»? Но его ж тогда непременно смешает с этой самой слизью и размажет по асфальту без катка, склеенными той же слизью ластами проклятый Мафиози! Растрезвонит по всему форуму, какой он, Брок, бездарь!..

Дверной колокольчик звякнул столь неожиданно и громко, что Брок закричал. А когда увидел источник звяканья, влетевший в офис, заорал во всё горло и, сгруппировавшись, кувырнулся с кресла под стол. Орать он не забыл и лежа под столом, хотя уже и не очень понимал, зачем он это, собственно, делает. Ну, влетело в агентство нечто большое, чумазое, косматое, окровавленное и бесформенное — что из того? Это ж всё-таки сыскное агентство! Клиент всякий бывает!.. Вот, был же случай — забрел как-то пьяный, вонючий, грязный бомж, уселся в кресло и требовал его побрить, ссылаясь на слово «бритва» в названии заведения! Между прочим, пришлось, чтобы не ронять марку… А тут? Да он толком и разглядеть не успел, что именно «тут». Может, особо и страшного-то нет ничего, а он вопит!..
«Нет, — подумал сыщик и осторожно перестал орать, оставляя, впрочем, горло «на взводе», — на работе надо думать о работе, а не о «Склеенных ластах»!
— Что вы хотели? — как можно любезней спросил он из-под стола и остался собой доволен, голос почти не дрогнул.
Ответа, впрочем, не последовало. Брок откашлялся и повторил вопрос громче. Его вновь проигнорировали.
«Видимо, звуковые волны отражаются от стенок стола и столешницы, — сделал предположение сыщик, — а потом, столкнувшись, взаимно гасят друг друга». Из данного предположения следовал не очень желательный вывод: чтобы быть услышанным, необходимо вылезти из-под стола…
Брок вынул из кармана авторучку, чтобы сделать перед клиентом вид, будто именно за ней и нырял под стол. Этим было сложно объяснить звуковое сопровождение, но сыщик в глубине души надеялся, что посетитель туг на ухо (возможно, как раз поэтому он и не отвечал на вопросы?).

Был ли посетитель тугоухим, сыщик сразу выяснить не смог. Потому что лежал тот посреди комнаты без признаков жизни (во всяком случае, без сознания). И даже не посетитель, а посетительница. Грязная, с окровавленными, спутанными паклей волосами, но тем не менее — прекрасная! К такому выводу пришел Брок, рассмотрев лицо незнакомки. Вот только лишь губы, на его вкус, были слегка тонковаты. А то, что находилось ниже лица (поскольку женщина лежала, а не стояла, то, правильнее будет не «ниже», а «между подбородком и подошвами»), к большому сожалению сыщика, мешала рассмотреть грязная, рваная, серая с желто-бурыми пятнами тряпка, вид которой и источаемая ею вонь недвусмысленно говорили, что достали этот «предмет гардероба» прямиком из помойки. Видно было лишь раскинутые в стороны руки (руки как руки, если не обращать внимания на грязь — только пальцы, на вкус Брока, коротковаты) и ноги ниже колен. Ноги сыщику откровенно не понравились! Он, конечно, не являлся дипломированным оценщиком ног, но какому, скажите, мужчине нужен диплом, чтобы оценить женские ноги? Правильно, в этом деле все мужики — первоклассные специалисты! И любой из них при виде этих вот торчащих из-под вонючей хламиды ног, сказал бы: «Нет, батенька, это не ноги! Это бутылки какие-то, горлышками вниз!» И этому вполне охотно можно поверить, учитывая, что по бутылкам большинству мужчин также диплом защищать не надо.
Налюбовавшись вдоволь на посетительницу, обойдя ее при этом раза четыре, Брок наконец-то забеспокоился ее неподвижностью. Сыщик наклонился и приложил пальцы к сонной артерии женщины. Пульс прослушивался четко. Не менее четко прослушалась и брошенная сквозь сжатые зубы фраза:
— Убери руки, придурок!
— Позвольте! — отпрянул Брок. — Да как вы смеете?!
Женщина открыла глаза. Прекрасные — серые и лучистые. Полные одновременно тоски и презрения.
— Орать будешь еще? — поинтересовалась их владелица.
— Думаю, нет, — осторожно сказал сыщик.
— Думает он, — хмыкнула женщина и села. Потом медленно поднялась с пола, придерживая норовящую съехать с плеч хламиду. Сыщик откровенно ждал этого и судорожно сглотнул.
— Но-но, кобелина, дырку глазами не протри! — заметила интерес Брока незнакомка.
— Дырку? — подпрыгнул сыщик и залился краской. — Не имею, знаете ли, привычки!
— Ладно, проехали, — махнула рукой женщина и плюхнулась в кресло для посетителей. — Курить у тебя можно?
— Да-да, конечно, курите!
— Курите!.. Угости даму, тогда и покурю.
— Да я, знаете, как-то… — замялся Брок. — Видите ли, курить очень вредно… Вы даже не представляете себе, насколько! Никотин пагубно влияет на мозг, легкие, сердце, — начал загибать он пальцы, но посетительница рявкнула:
— Замолчи, идиот! Я — сестра профессора Хитрюгина, доктора медицинских наук! Получше тебя знаю, что мне вредно, а что полезно. Есть у тебя курево, чудила?
— Почему вы меня всё время оскорбляете? — передернул плечами Брок. — Я прямо-таки какое-то неуважение к себе ощущаю с вашей стороны!
— А за что тебя уважать-то? — прищурилась женщина. — Орешь, как резаный — чуть не сдохла на хрен, — руками беззащитную девушку лапаешь, лекции придурочные читаешь… — И заорала вдруг, рывком поднявшись с кресла: — Ты дашь мне закурить или нет, козлина?!
От неосторожного движения ужасная тряпка слетела всё-таки с ее тела, и сыщик впился глазами в обнаженное (как оказалось — полностью!) тело. Но то, что открылось его вожделенному взору, подействовало на него так, что Брок опять заорал — еще истошней, нежели в первый раз. Он дернулся было к столу, чтобы вновь нырнуть под него, но властный голос незнакомки, перекрывший его дикий ор, заставил сыщика замереть на месте, вжав голову в плечи:
— Стоять, паскудыш!!! Смотреть сюда! Глаз не отводить! — Женщина демонстративно выпрямилась, выпятив то, что ей вполне без стеснения можно было выпячивать. Брок уставился на это вполне-ничего-себе, не мигая, боясь опустить глаза ниже, поскольку оно — было бы точнее сказать «они», — без сомнения, выглядели куда аппетитнее, чем всё остальное… С трудом сдерживая рвотные позывы, он нечаянно глянул всё-таки вниз и тут же крепко зажмурился. Но перед мысленным взором всё равно продолжало белеть рыхлое, обезображенное внизу целлюлитом тело, расходящееся к бедрам подобно сторонам равнобедренного треугольника, пытающегося сесть на шпагат. Талии оно было лишено в принципе, а там, где висел низ бесформенного, в мерзких складках живота, прикрывая собой, к счастью, наиболее интимное место, у нормальных людей уже находились колени… «С таким низким центром тяжести она должна быть необычайно устойчивой!» — подумал расчетливый сыщик. Но от дальнейших размышлений его отвлек негодующий голос тошнотворной красавицы:
— Что, не нравится?! — Но возглас неожиданно сорвался, послышались разрывающие сыщицкую душу всхлипывания, зашуршала ткань, скрипнуло кресло, и уже совсем другой голос — тихий и жалобный — позвал Брока: — Можешь смотреть, я оделась…
Сыщик осторожно раскрыл левый глаз. Женщина сидела в кресле. Грязная хламида прикрывало недавно виденный ужас. Правый глаз Брока тоже открылся.
— Ты ж обещал не орать! — вздохнула незнакомка.
— Не совсем, — замотал головой сыщик. — Я сказал: думаю, нет. То есть, возможно не буду. Я ж не знал…
— …что увидишь такое? — закончила за него женщина и горько усмехнулась. — Я тоже не знала, что такой стану! Еще сегодня утром не знала…
— Позвольте, но как же?! — вскинулся Брок. — Что значит «сегодня утром»? Вы хотите сказать, что ваша фигура претерпела подобные изменения за несколько часов? Но ведь это полный бред! Чудес не бывает!
— Сейчас и тебя не будет, чудила! — Посетительница начала приподниматься в кресле, и тряпка медленно начала сползать с покатых плеч. Вынести повторного сеанса убийственного стриптиза сыщик бы просто не смог, поэтому он поспешил вытянуть в сторону грозящей опасности обе руки и отчаянно запричитал:
— Нет-нет-нет! Не надо, пожалуйста! У меня жена, дети… то есть — дет… то есть — дот… в смысле — дочь!..
— И что?
— Ничего. — Брок взял себя в руки и перестал причитать. — Я погорячился, простите. Так что, вы говорите, с вами случилось утром?
— Ты мне дашь наконец закурить? — скрипнула зубами посетительница и вновь опустилась в кресло.
— Да, конечно! — Брок открыл стол и достал пачку «Парламента», которую он держал исключительно для клиентов. Издалека, с вынужденным поклоном протянул ее женщине вместе с зажигалкой, встроенной в массивную пепельницу.
— Ты ж говорил, что курить нельзя? — округлила прекрасные глаза незнакомка. — Для здоровья вредно!..
— Вам можно, — вежливо улыбнулся Брок. — Вряд ли вам что-то уже повредит.
— Ну-ну… — Женщина прикурила, жадно затянулась, закашлялась и пробормотала: — Не курила она что ли, паскуда?
— Кто? — шире улыбнулся сыщик.
— Она! — Посетительница брезгливо ткнула в собственную грудь пальцем.
— Ах, она-а-а! — протянул Брок, раздвинув губы до максимума. Стало больно. И снова страшно.
— Ладно, — устало махнула рукой собеседница, осторожно втянула дым, поморщилась и раздавила окурок в пепельнице. — Сейчас всё расскажу. Ты, что ли, сыщик Брок?
Сыщик в безумной надежде огляделся, не увидел в офисе никого, кто бы подошел еще на означенную роль и потухшим голосом признался:
— Я… — И всё-таки спросил: — А как вы догадались?
— А вот! — Посетительница факирским жестом достала из-под тряпки мятый клочок газеты с подозрительным пятном посередине. — Гляди! — И шмякнула это непотребство на стол Брока.
Сыщик отодвинулся к самой стене и, прищурившись, прочитал: «…гентство «Бритва Оккама». Сыщик Брок профессионально и быстро раскроет самые невероятные и загадочные дела, умело отсечет налет кажущегося чуда от истины…»
— И что вам, простите, требуется отсечь? — глянул он на собеседницу с пробудившимся интересом.
— Мне уже как раз отсекли, — криво усмехнулась прекрасная чудо-юдина и чиркнула большим пальцем по горлу. — Голову! То есть, ее-то как раз и оставили. А тело — свистнули!
— Да-да, конечно, — закивал Брок. — Типичный, знаете ли, случай. Нельзя оставить тело ни на минутку!..
— Что ты несешь, чудила?! — посуровела женщина и вновь стала приподниматься в кресле. — Ты хоть знаешь, кто я такая?! Я сестра самого…
— …профессора Ханыгина! — поспешил докончить Брок. — То есть, Хануркина… Хренюгина…
— Хитрюгина!!! — возмущенно гаркнула посетительница и затрясла кулаками. Тряпка вновь свалилась с ее плеч. Сыщик зажмурился и пискнул:
— Доктора медицины Хитрюгина! Коне-е-ечно! Как же, как же! Кто не знает старика Хитрюгина? — Он приоткрыл одно веко, увидел, что тряпка снова на месте, женщина, к сожалению, тоже и заискивающим тоном поинтересовался: — А вас как звать-величать, уважаемая?
— Меня зовут Тамара, — томно ответила обладательница прекрасной (хоть и невероятно грязной) головы. — Тамара Хитрюгина. — И грациозно вытянула ладонь над столом сыщика. Тот судорожно сглотнул и, поскольку дама застенчиво отвела глаза, быстро шлепнул протянутую руку печатью, в надежде, что прикосновение влажной от чернил резины сойдет за поцелуй.
— Тамарочка, — заговорил Брок, вновь становясь самим собой — прожженным знаниями, хладнокровным и опытным профессионалом. — Расскажите, что привело вас ко мне. Что с вами случилось? Зачем и почему?

Оставьте ваш отзыв


HTML не поддерживается, можно использовать BB-коды, как на форумах [b] [i] [u] [s]

Моя оценка:   Чтобы оценить книгу, необходима авторизация

Отзывы читателей