Категории
Жанры
ТОП АВТОРОВ
ПОСЛЕДНИЕ ОТЗЫВЫ  » 
Главная » Боевик, Постапокалипсис, Фантастика » Черный день - все 5 книг серии!
Алексей Доронин: Черный день - все 5 книг серии!
Электронная книга

Черный день - все 5 книг серии!

Автор: Алексей Доронин
Категория: Фантастика
Серия: Черный день книга #Все
Жанр: Боевик, Постапокалипсис, Фантастика
Опубликовано: 28-12-2016 в 17:37
Просмотров: 5094
Наличие:
ЕСТЬ
Форматы: .fb2
.epub
   
Цена: 350 руб.   
КУПИТЬ
  • Аннотация
  • Отрывок для ознакомления
  • Отзывы (3)
В сборник включены все книги серии "Черный день" Алексея Доронина:
1. «Черный день»
2. «Сорок дней спустя»
3. «Утро новой эры»
4. «Призраки Ямантау»
5. «Поколение пепла»

Книги в окончательной авторской версии, с иллюстрациями Алексея Безлюднева.

«Черный день» Алексея Доронина - это эпическое пятитомное произведение, события которого происходят после крупномасштабной ядерной войны, поставившей человечество на грань вымирания.
Место действия главной сюжетной линии – Западная Сибирь и Урал. Герои – жители Сибири, борющиеся за жизнь в условиях «ядерной зимы» и разрушения цивилизации. Это представители разных социальных слоев, люди разных характеров и жизненных установок. Эпизодические вставки-интермедии посвящены глобальным событиям, происходящим на театрах третьей мировой от Шпицбергена до Австралии. По композиции роман похож на такие произведения англоязычной фантастики как «Песня Свон», «Молот Люцифера», «Противостояние», «Почтальон», «Дорога» с поправкой на российскую специфику.
Это реалистическое произведение, в основу его положены научные теории, реальные геополитические процессы и военные доктрины государств. В нем нет шаблонов бульварной американской фантастики о «радиоактивных мутантах» и не исчезающем даже за сотни лет заражении местности.
При этом роман – динамичное произведение, сочетающее элементы хоррора и боевика. При написании автор консультировался со специалистами по техническим вопросам (техника, оружие, радиация и средства защиты от нее и проч.), а также использовал собственные профессиональные знания инженера по ГО и ЧС.
Книга написана задолго до нынешних событий на Украине, в Сирии и т.д., и в то же время очень созвучна им, являясь настоящим романом-предупреждением. В то же время, это не политическая агитка, а непредвзятое повествование, масштабно показывающее ужасы войны, в которой не может быть победителя.
Глава 5. Идущий

«Первый Ангел вострубил, и сделались град и огонь, смешанные с кровью, и пали на землю; и третья часть дерев сгорела, и вся трава зеленая сгорела».
Строчки из «Откровения» отражали действительность точнее любой военной сводки.
Это началось двадцать третьего августа, приблизительно в десять часов по московскому времени. Для большинства — с низкого басовитого гула за окном и дребезжания стекол, реже с тревожного рева сирен ГО и короткого сообщения по радио, похожего на первоапрельский розыгрыш. Вспышку наблюдал мало кто из уцелевших. Еще меньшее число людей могло похвастать тем, что испытали на себе действие ударной волны и остались живы.
Саша был исключением. Он вспышку видел — пару миллисекунд, пока глазные нервы не подали с запозданием свой сигнал. Волна тоже не прошла мимо, чуть не вбив его в землю.
И все же он упрямо вел отсчет событий не с них, а с раннего утра того же дня, когда проснулся в холодном поту за час до рассвета. Раньше ему казалось, что само выражение «проснуться в холодном поту» — просто красивая метафора, литературщина, а в жизни так не бывает. Разве может пот быть холодным? Оказалось, может.
Лежа на жесткой неудобной кровати, в съемной квартире, в чужом городе, Александр Данилов не мог унять дрожи. Его зубы отбивали дробь. Руки покрылись «гусиной кожей», хотя на улице было тепло, как днем. Как будто внутри у него был лед Антарктиды, который холодил его изнутри, несмотря на теплый летний день за окном. Сердце стучало, как паровой молот, каждый удар отдавался в ушах адским грохотом. И только одна мысль гнездилась в его воспаленном сознании: грядет что-то страшное.
Вероятно, кошмар, увиденный им во сне, был настолько невыносимым, что сознание стерло его из памяти в тот самый миг, когда вступило в свои права. Инстинкт самосохранения не мог допустить, чтобы этот ужас вырвался на свободу и запер его в подвал бессознательного, отделил барьером от обычных мыслей. Кроме того, что кто-то плохой и темный убивал его, Саша не мог восстановить ни одной детали из своего сна.
В этом сне не было ничего экстраординарного. Ему и раньше снились подобные кошмары. Он от кого-то убегал, кто-то его преследовал, настигал, разрывал, пожирал. Психоаналитик мог бы рассказать об этом много интересного, да только Саша не обратился бы к нему ни за какие коврижки, не желая раскрывать свой внутренний мир перед посторонними.
Многие из его сновидений были похожи на малобюджетные фильмы ужасов, и этот ничем от них не отличался. Вся разница была в сопутствующих обстоятельствах. В том, что случилось потом.
Он не был настолько наивен, чтобы считать себя новым Нострадамусом. Такие «пророческие» сны снились ему не реже раза в неделю, но благополучно забывались до того, как он успевал о них рассказать кому¬-либо. И этот забылся бы.
Но это произошло ровно неделю назад. Всего неделю. Или целую неделю?
Для обычной жизни ничтожный срок — за это время нельзя ни как следует отдохнуть, ни втянуться в работу. А теперь он казался Александру вечностью, отделяющей его от более-менее нормальной жизни. Хотя он давно не знал, что такое норма, где ее границы.
Но то, что случилось неделю назад, нормой явно не было. Такие события происходят раз в несколько миллионов лет, и очень мала вероятность стать их свидетелем.
Но он стал.
Взрыв он услышал как далекий гул, заполнивший все мироздание и закруживший его в своем водовороте. Так с грохотом переворачивалась очередная страница истории человечества, а заодно начиналась новая глава в его жизни. Жизни скромного учителя родом из сибирского подбрюшья огромной империи, против воли вступившей в свою последнюю войну. Но еще до того, как его глаза смогли рассмотреть все в подробностях, опыт десятков книг и фильмов подсказал выжившему человеку, как должен выглядеть Армагеддон.
Наверняка на свете были люди, куда более достойные занять его место. Но так уж получилось, что ему выпала сомнительная честь попасть в короткий список уцелевших. Это была на двадцать пять процентов его личная заслуга, на семьдесят — деяние судьбы и на жалкие пять — результат помощи других.
...

Пути Господни неисповедимы. Жизнь иногда преподносит такие совпадения, что можно усомниться в наличии у Всевышнего вкуса. В этот раз судьба сыграла с Александром в рулетку, и призом был шанс проснуться в воскресенье.
Двадцать третьего августа в девять часов утра, отправляясь на свой еженедельный сеанс репетиторства, он вытянул счастливый билет, когда сел спросонья не на тот автобус. Нельзя сказать, что такого с ним раньше не происходило. Двух лет для того, чтобы нормально ориентироваться в «незнакомом» городе, ему было недостаточно. Но как получилось, что в этот же день он оставил бумажник на тумбочке в коридоре? Это тоже с ним бывало, но два таких события еще ни разу не совпадали.
К тому же автобус оказался пригородного сообщения и увез парня не по обычному городскому маршруту, а в неведомые дали. Он благополучно проспал до самой конечной остановки, а когда сошел, оторопело хлопал глазами, пытаясь взять в толк, куда его занесло. Стоя на пустой остановке посреди чистого поля, Данилов еще не начал выгребать последние медяки из кармана, как уже понял — не хватит. Но он не почувствовал испуга, обычного в таких случаях. Мысль пройтись до дома на своих двоих не вызвала у него отторжения. Даже, наоборот, понравилась.
Сколько отсюда до городской черты? Километров десять? Больше? Еще лучше.
Александр давно мечтал привести свои мысли в порядок. А лучшего способа, чем размеренная пешая прогулка вдали от людей, он не знал. Тем более что погода стояла ясная, дождя не ожидалось, а на открытой всем ветрам дороге жара не так утомляла, как в раскаленном металлическом коробе автобуса.
Помахивая пакетом с учебниками, Саша бодро шагал по нагретому асфальту, отгоняя мух и редких комаров, вдыхая сухой горячий воздух и чувствуя, как необыкновенная легкость разливается по всему телу. Странно, но он совсем не огорчался, хотя только что лишился возможности заработать энную сумму денег. Заботиться ему было не о ком, с голода он не умирал.
Его всегда привлекали безлюдные пространства. Здесь, вдали от чужих взглядов, он по-настоящему отдыхал душой. Иногда парень даже представлял, что в мире, кроме него, нет никого. Это была одна из его любимых фантазий.
Он шагал по обочине шоссе, протянувшегося через бескрайнюю равнину, кое­-где пересеченную зелеными линиями лесопосадок. Мимо него с ревом проносились автомобили, обдавая ядовитым дымом выхлопов, и в какой-то момент Данилов почувствовал жгучее желание оказаться от цивилизации еще дальше.
На первом же перекрестке он свернул на второстепенную асфальтированную дорогу, потом — на безвестный грунтовый проселок, потом — и вовсе на тропинку, уходящую в редкую березовую рощу. Александр шел, куда несли его ноги. Он отключил сознание, предоставил «автопилоту» направлять его движение. Внутренний компас вроде бы вел его в верном направлении, но он бессознательно выбирал самый длинный и непростой маршрут, чтобы максимально оттянуть встречу с опостылевшим городом.
Парень и сам не знал, чего он добивался. Сбежать от цивилизации таким путем еще никому не удавалось, а заблудиться в этих трех соснах было невозможно даже при его талантах. Стоит пройти километр в любую сторону, и ты обязательно уткнешься в автомобильную или железную дорогу, выйдешь к дачному кооперативу или, на худой конец, к линии электропередач. А уж звуки антропогенного происхождения слышны из любой точки этих пригородных лесополос.
Оставшись наедине с собой, Саша часто терял счет минутам. Так случилось и в этот раз. Уже потом точное время катастрофы — без десяти два после полудня — он узнал только по остановившимся часам.
Березняк сменился запущенным сосновым бором. После городского смога дышать было невероятно легко, а приятный полумрак радовал глаза Александра, уставшие от монитора. Тихо похрустывала под ногами прошлогодняя хвоя. Тропа выглядела давно нехоженой.
Неожиданно до парня долетел далекий нарастающий рокот, а его взгляд уловил странное движение на чистом небе. Он надел очки, задрал повыше голову и в просвет между широкими стволами сосен увидел, что небосвод рассекает множество росчерков. Инверсионные следы. Двадцать, тридцать, сорок — он никогда бы не подумал, что столько самолетов может разом кружить в новосибирском небе. Может быть, это авиашоу? Скорее всего.
Все они двигались по параллельным траекториям, держа путь в сторону города, и скорость их была куда больше, чем у обычных пассажирских лайнеров. С удивлением наблюдая за странным зрелищем, парень и представить не мог, как ему повезло. Ракеты летели с дозвуковой скоростью, иначе ему не сохранить бы барабанные перепонки.
Получив пищу для размышлений, он пошел дальше. Может, это и шоу. Или авиасалон. В любом случае его калачом было не заманить на массовые мероприятия. Он вообще мало чем в жизни интересовался.
В этот момент до него долетел гул, ослабленный расстоянием, а ноги уловили слабую вибрацию почвы. Данилов пожал плечами. Мало ли, может, неподалеку идет тяжелый товарный поезд или проводят взрывные работы на разрезе. Железной дороги поблизости вроде бы не наблюдалось, так что второе предположение больше походило на правду. Вот только не было в помине угольных разрезов в окрестностях Новосибирска.
Парень не мог знать, что сам город был изуродован десятком маленьких карьеров, возникших там, где закончили свой полет крылатые ракеты с конвенциональными боеголовками. Вестники приближавшейся грозы.
Странно, но на этом Сашино везение не кончилось. Когда через четверть часа на западе зажглось второе солнце, он смотрел в противоположном направлении. Просто парень еще не изжил детской привычки вертеть головой по сторонам. «Солнце» это было оранжевое, огромное, слепяще¬яркое. Настолько яркое, что, пронаблюдав его краешком глаза долю секунды, парень наполовину потерял зрение. А следом пришла боль, такая острая, будто в глазницы залили раскаленное олово.
Данилов инстинктивно закрыл лицо руками, но было уже поздно. От полной слепоты его спасли очки¬-хамелеоны и заросли, находившиеся между ним и источником светового излучения. Еще приличное расстояние и слабая облачность, которая установилась в последний час над обреченным областным центром. Но частичное ослепление на несколько часов и резь в глазах на пару суток он заработал.
Жжение распространилось на все открытые участки тела. К счастью, Саша еще раньше, мучаясь от жары, снял черный пиджак — дань желанию выглядеть солидно. По законам физики тот поглощал больше тепла и мог бы вспыхнуть, а белая рубашка и светлые брюки только начали тлеть. Парень отделался покраснением кожи лица и рук.
А в пятнадцати километрах к востоку разом оборвался миллион жизней.
Там, где недавно возник из ниоткуда исполинский огненный шар, сейчас собиралось гигантское облако пыли. Оно вытягивалось, разбухало, пока не стало походить на гриб шампиньон, вонзившийся в стратосферу. Издали казалось, что все это происходило без единого шороха, как в немом кино. Оттуда, из центра остывающей сферы, отставая от светового излучения на несколько секунд, во все стороны со скоростью реактивного самолета устремилась взрывная волна. Чтобы добиться такого же эффекта при обычном взрыве, понадобилось бы больше тротила, чем производит мировая промышленность за год.
Но Саша не видел ничего. Он остервенело катался по траве, сбивая давно погасший огонь, крича не то от боли, не то от ужаса. И вдруг его вопль потонул в реве накатившей бури.
Сам он никогда не догадался бы залечь. Данилов добросовестно посещал занятия по ОБЖ и знал, что должно следовать за вспышкой. Прямо у опушки тянулся глубокий овраг. Учитывая расстояние до эпицентра, у парня имелось почти десять секунд, чтобы добежать до него. Но его мозг не успевал за скачками реальности. Сознание находилось еще там, в прежней жизни, которая стремительно уносилась вверх вместе с пеплом и дымом. Поэтому он остался на месте.
Но даже если укрытия нет, встречать ударную волну лучше лежа, чем в полный рост. Только это Данилов и успел сделать в последнюю секунду, прежде чем фронт избыточного давления в пятнадцать килопаскалей вжал его в землю, как исполинская рука. Он уже был слишком слаб, чтобы выдавить из человека внутренности или переломать кости, а вот капризный механизм часов его не пережил. На такую встряску они рассчитаны не были.
Он лежал долго, пока предметы не обрели четкость, а боль в глазах не стала терпимой. Потом Саша осторожно провел рукой по лицу, коснулся тех мест на теле, где одежда успела затлеть. Вроде ничего страшного. Он уже хотел подниматься на ноги, когда услышал еще один удар, послабее. Но земля после него дрожала даже дольше, чем после первого.
Данилов пролежал еще минут десять, и тут до него долетел запах дыма вместе с тихим потрескиванием. Именно они и вывели его из оцепенения.
Александр встал и пошатнулся. Он чувствовал себя так, словно его пропустили через мясорубку, соединенную с грилем. Ожоги саднили, кожа лица и рук горела огнем. Одно успокаивало — кости, похоже, остались целы.
Он огляделся и оторопел. Настолько переменилось все вокруг. Листья и почти все ветви с деревьев пропали, и теперь те стояли по-¬зимнему голые. Но на этом сходство с холодным временем года заканчивалось. Кругом доминировал черный цвет. Добрая треть сосен лежала, как после сильного урагана. У тех, что устояли, кора потемнела и потрескалась с западной стороны. Зеленый, которого и так было мало, почти исчез. То тут, то там среди пожухлой травы виднелись темные островки подпалин, которые быстро расширялись во все стороны. В воздухе летали хлопья невесомого пепла.
Еще был красный цвет. Чадным пламенем горели остатки кустарника, муравейники, валежник. Сама тропинка почти не изменилась — несколько тополей упали прямо на дорожку, но их легко можно было обойти.
Треск тем временем становился все сильнее. Похоже, его источник приближался, и Саше это не понравилось. Парень понял, что ему угрожает, и теперь быстрым шагом шел по тлеющему бурелому, устилавшему дорогу, прочь от города.
Он выбрался обратно к шоссе. Асфальт стал горячим и вязким, как только что уложенный, дорожное полотно покрывал тонкий слой горячего пепла. Сквозь дым, щипавший глаза, Саша заметил вдалеке черный силуэт автомобиля. Тот был неподвижен.
Ветер дул в его сторону и гнал за собой поток нагретого воздуха, а за ним шел огненный вал. Александр ускорил шаг. Прошло две минуты, а может быть, пять, и он понял, что треск не ослабевает. Тогда Данилов побежал изо всех сил. Но далеко уйти ему не удалось. Совсем скоро путь ему преградила стена горящего леса. Встречный пал. Его загоняли как зайца. Правда, этот огонь не приближался к нему, а спокойно пожирал сухие деревья, образовавшие завал на дороге.
Саше пришлось наугад свернуть вправо, на очередной проселок, и теперь он бежал, чувствуя, как сжимаются огненные клещи. Через пять минут у парня начали слезиться глаза, чуть позже он почувствовал першение в горле. Стало жарко как в бане, с него градом лил пот. Задыхаясь от дыма, он несся, не разбирая дороги.
Неожиданно на пути у него оказался Транссиб. Может, не сама магистраль, а какое­-то ее ответвление. Полумертвый от угара и черный от копоти, как шахтер, он взобрался на железнодорожную насыпь и распластался прямо на шпалах, тяжело дыша. От его одежды к тому времени остались грязные лохмотья. Но он был жив, и это было главное.
Всего через несколько минут с двух сторон от насыпи полыхало море огня. В этом месте деревья почти вплотную примыкали к путям. Конечно, то была не девственная тайга, а зеленые насаждения сталинских времен, но это мало что меняло. Страшные засухи июля и августа превратили сибирские леса в идеальный корм для огня. Лесные пожары и так стали бичом последних лет, давая много работы Министерству Чего­-то Страшного. Световое излучение взрыва стало спичкой, поднесенной к бочке с бензином.
Лиственницы, сосны и ели быстро занялись, и вскоре гигантский костер запылал всюду, насколько хватало глаз. Искры, слетавшие с пылающих макушек деревьев, ложились совсем рядом с колеей, в которой укрылся полумертвый человек. Раскалившиеся стволы взрывались как петарды. Кругом стоял адский треск падающих и разрываемых пламенем деревьев.
Пожар бушевал не один час. К счастью, дым относило ветром в сторону. Саша страдал от страшного жара. Он в очередной раз потерял счет времени, теперь уже от шока и недостатка кислорода.
Когда он открыл глаза, пожарище догорало. Окружающий пейзаж напоминал ад из книжки Данте. Пепел был повсюду — на земле, в воздухе, даже в небе, которое успели затянуть набрякшие тучи. Александр не удивился бы, если бы узнал, что сам покрыт изрядным слоем сажи.
Видимо, кто­-то наверху решил смыть с него прах старого мира, и хляби небесные разверзлись. С потемневшего неба начал накрапывать теплый дождик. Но Данилов не успел обрадоваться. Саша вспомнил о таком явлении, как радиоактивные осадки. Он знал, что и так получил некоторую дозу в виде проникающей радиации.
Ему некогда было думать о розе ветров. Чертыхаясь, Данилов накинул пиджак и застегнулся на все пуговицы. На голову он надел пакет, из которого пришлось вытряхнуть конспекты, учебник и прочую мелочь. Парень расстался с ними почти без сожаления, подобрав с земли только одну вещь — свернутые больничные бахилы. Не далее чем вчера он собирался посетить стоматолога, но ретировался из-за огромной очереди. Слишком плотный у него был график, да и зуб почти не болел. Просто маленькая дырочка.
Теперь эти резиновые штуковины оказались как нельзя кстати. Можно было натянуть их на ноги и снять, когда перестанет лить, оставив вместе с ними львиную долю радиоактивной грязи. Лучше такая защита, чем никакой, тем более что дождь успел превратиться в промозглый ливень.
И он опять убегал, теперь уже от падающей с неба воды — по рельсам, в поисках хоть какой­-нибудь крыши. Мог ли он знать, что впереди его ждет первое Откровение?
До ближайшего населенного пункта оказалось куда ближе, чем ему думалось. Рукой подать. Но лучше бы он туда не приходил. Там, где раньше стоял поселок городского типа с населением в тридцать тысяч человек, Александр увидел инферно. Вот что сила, пощадившая одинокого путника, смогла сделать с многоэтажными домами и с людьми, которые находились в них.

Оставьте ваш отзыв


HTML не поддерживается, можно использовать BB-коды, как на форумах [b] [i] [u] [s]

Моя оценка:   Чтобы оценить книгу, необходима авторизация

Отзывы читателей

Евгений, 22-05-2017 в 17:15
Очень понравилось. Прочел всю серию.
Полковник, 30-01-2017 в 20:56
Выяснил, что Алексей Доронин пишет продолжение. Обязательно приобрету и прочту. Размышления автора о людях и мире людей меня, что называется, зацепили, очень интересно мне будет их развитие. В какие обстоятельства событийные и душевные поведет героев авторская мысль - интереснейшая интрига.
Полковник, 23-01-2017 в 19:06
Моя благодарность автору за книгу. Алексей, очень впечатлен! Повествование составленное человеком очень хорошо понимающим не только в последствиях апокалиптической катастрофы, но и в человеческих душах. Александр Данилов - центральная фигура романа - на самом деле оказался центральной фигурой апокалипсиса, его душой. Путь интеллигента-атеиста из ниоткуда в никуда - это и есть путь отказавшегося от своего божественного начала человечества.
Замечательная книга очень талантливого автора. Рекомендую!
Только книга очень страшная, без преувеличений - очень. Точно, как Провал в Прокопьевске.
Алексею Доронину желаю новых творческих достижений, и благополучно избавиться от последствий этой книги. Смею думать, что далась она вам немалой ценой.