Категории
Жанры
ТОП АВТОРОВ
ПОСЛЕДНИЕ ОТЗЫВЫ  » 
Константин Калбазов: Росич. Мы наш, мы новый...
Электронная книга

Росич. Мы наш, мы новый...

Автор: Константин Калбазов
Категория: Фантастика
Серия: Росич книга #3
Жанр: Альтернативная история, Исторический, Попаданцы, Фантастика
Статус: доступно
Опубликовано: 09-03-2021
Просмотров: 183
Наличие:
ЕСТЬ
Форматы: .fb2
.epub
   
Цена: 120 руб.   
ОПЛАТИТЬ
  • Аннотация
  • Отрывок для ознакомления
  • Отзывы (0)
Колоссальное напряжение, огромные средства, все для фронта, все для победы. Трое наших современников, провалившиеся во времени, готовы пойти на многое, дабы победить и дать шанс своей Родине пойти иным путем. Их усилия не проходят даром, колесо истории таки вильнуло. Но сошло ли оно со старой колеи или это только временное явление и все вернется на круги своя? Достаточно ли того, что уже сделано, или это только начало? И есть ли иной путь или все напрасно и ход истории уже предопределен? Вопросы, вопросы…
Глава 1. Прибытие в Артур


Солнечный луч отыскал прореху в глухой обороне тяжелых непроницаемых штор и замер на стене, ярко осветив изображенную на обоях тройку, несущуюся во весь опор, как и положено, с бубенцами и покрикивающим, лихо заломившим картуз с пышным цветком возницей и сидящими в коляске хмельными от счастья молодыми. Свадьба. Вроде бы и обои, и рисунок не раз повторяется, но выполнено все с большим мастерством и любовью, а потому взгляд невольно задерживается. Впрочем, могло ли быть иначе, на косметический ремонт родительского дома Светлана не скупилась, к чему, собственно, если муж сказал о расходах даже не задумываться и тратить столько, сколько вздумается. Вот она и расстаралась, закупив все только самое дорогое, а дорогое — оно потому и дорогое, что и качество, и мастерство. Но как ни красива была картинка, непоседливому лучу никак не усидеть на одном месте, вот он пополз дальше по стене, выхватив березовую рощу, а вот он уже на кровати, высвечивает цветочки на подушке, а вот ему стало скучно иметь дела с неодушевленными предметами, и он решил поозорничать, скользнув на лицо спящего.

Светлана, задохнувшись от охватившей ее нежности, смотрела за тем, как Антон героически борется с солнечным проказником, но даже и не подумала встать и задернуть шторы поплотнее — уж больно забавен в этот момент был муж. Наконец, не выдержав пытки светом, Антон открыл глаза.

— Здравствуй, милый.

— Доброе утро. — Улыбка словно сама собой включилась на его лице, без какого-либо участия с его стороны. — Который час?

— Девять.

— Ничего себе, — Антон, как ошпаренный, выскочил из постели. Что-то он расслабился в последнее время. Нет, понятно, что вчера денек был не из легких, да и ночь, хотя на ночь грех жаловаться, но тем не менее, это не повод отлеживать бока, когда дел невпроворот.

— Ты куда? — не удержавшись, прыснула в кулачок Светлана.

— Слишком много дел на сегодня, так что извини.

— Ты меня не любишь. — Звучало это не как вопрос, а как утверждение. Была склонность у молодой жены к смене настроений — как ветер в мае.

— Что за глупости?

— Никакие это не глупости. Чуть свет ты убегаешь из дома и не появляешься до самого вечера, а когда приходишь, то вечно хмурый и думаешь о чем-то о своем… — Ну как ребенок, ей-богу. Только что светилась счастьем, а вот губки надула.

— Прости, милая, но время сейчас очень тяжелое. Идет война. Сережа с Семеном застряли в Порт-Артуре, и все свалилось на меня.

— Так вызови их. Что им делать там, где они подвергаются опасности, там ведь идет война? — А вот теперь в тоне мелькнуло что-то такое, чего раньше не было. Это что же, девочка делает пробные шаги в области влияния на мужа? Интересно, но всему свое время и место.

— Света, давай договоримся раз и навсегда: ты никогда не будешь влезать в мои дела, какими бы они ни были. Никогда. Ты — моя жена, и тебя касается только то, что относится к семье. Все. Остальное — не твоего ума дело. И не надо дуться. Вот такой я самодур. — Ага, самодур, ничуть не бывало, и здесь это норма, не то что в его прошлом или будущем, ну понятно, в общем.

Все случилось шесть лет назад, когда трое друзей случайно встретились в уютном ресторанчике Владивостока. Продолжение банкета имело место в квартире Звонарева. Выпито было немало, рассказано тоже, в процессе разговора выяснилось, что Сергей Звонарев, друг и однокашник Песчанина, решил серьезно заняться паранормальными явлениями, и даже якобы в черте города ему удалось обнаружить самую настоящую аномальную зону. Вот и отправились друзья все втроем на обследование этой самой зоны. Что и как там произошло доподлинно, им так известно и не стало, а предположения Звонарева остались на уровне ничем не подтвержденных домыслов, но факт остается фактом. Загуляв в 1998-м и направившись вечером на указанный Звонаревым пустырь, поутру они проснулись в 1898-м.

Хорошо еще, они оказались не лицами тонкой душевной организации, а достаточно толстокожими и с довольно гибким мышлением, чтобы не сойти с ума. Оказавшись на новом месте, да что там, в новом мире, иначе и не скажешь, потому как все было иное — и эпоха (а что, вполне себе и эпоха, а не просто время), и нравы, и даже язык, — друзья начали вливаться в существующее общество. Чтобы обеспечить себе безбедное существование, они начали изобретать то, что вполне могло бы появиться, так как имеются для этого и уровень развития, и технологии, вопрос остается только в том, чтобы подать идею.

Когда с бытом более или менее наладилось, они решили начать добычу золота в будущей Магаданской области, на неприметной речушке Авеково. Тогда же Антон поведал друзьям о своем намерении вмешаться в ход истории и обеспечить России преимущество в русско-японской войне, а заодно сделать все для того, чтобы ее выиграть. Гаврилов, друг и сослуживец Песчанина, сразу и безоговорочно поддержал его, Звонарев выступил против, но вынужден был примкнуть, так как не мог их оставить. Так уж сложилось, что, не имея кровных уз, они вдруг почувствовали, что у них в этом мире не было никого роднее друг друга. И вот теперь Семен и Сергей были в Порт-Артуре, а Антон не знал, что делать, так как если с первым было все понятно и в принципе все шло по плану, то второй отчего-то вдруг изменил свое решение и тоже влез в эту авантюру по самые уши.

С завтраком еще не было покончено, когда к ним пришли гости. Ну как гости… Гостями эти две женщины никак не могли быть, так как могли появиться здесь в любое время дня и ночи, — они для Антона были даже не подругами, а скорее сестрами, родными и любимыми. Вот только отношение у них к нему несколько изменилось после его возвращения. Новость о том, что их мужья были призваны на военную службу, была воспринята негативно. Если Лена, тяжко вздохнув, смирилась с этим, то Аня вообще не желала ничего понимать и откровенно разозлилась на Сергея, весь мир и Антона заодно. Что он мог с этим поделать? Понятно, что женщина, привычная к тому, что ее Сережа всегда дома и весь такой спокойный и домашний, сильно удивилась и не на шутку разволновалась когда тот решил поиграть в солдатиков. Несмотря на появившуюся натянутость в отношениях, Антон все же был рад ее видеть.

— Антон, посмотри, что пишут в газетах. — Аня тут же выложила на стол газету. Судя по всему, предлагать им разделить завтрак было бы неразумным, поэтому он взял в руки листок с печатным текстом. Ага, сообщается о том, что связь с Порт-Артуром прервана, — что же, ожидаемая новость.

— Анечка, не волнуйся, — успевш прочитать название статьи, напечатанное большими буквами, поспешила успокоить подругу — да-да, теперь подругу — Светлана. — Про папу тогда тоже бог весть, что написали, но все это оказалось неправдой. Ведь все это неправда? — вопросительный взгляд на Антона.

— Боюсь, что на этот раз правда. — А чем это еще могло быть — он уже давно ожидал подобного сообщения, и произошло это несколько раньше, чем указывается в газете: цензура все же, — а вот когда скрывать это стало невозможным, тогда и дали добро.

— Ты можешь вывезти их оттуда? — Гаврилова вроде бы и смирилась с непоседой-мужем, но, как видно, и она пришла сюда, испытывая нешуточную надежду. Черт! Ладно Гризли, Лена покрепче будет, опять же восстание «боксеров» как-то пережила, а как быть со Звонаревой? Она-то полагает своего Сереженьку чуть не плюшевым мишкой.

— Боюсь, что это не в моих силах. Они оба поступили на службу и до конца войны не смогут ее оставить.

— Но ведь они промышленники, предприниматели, не последние люди на Дальнем Востоке.

— И что с того?

— Но ведь может же быть для них хоть какое-то исключение.

— О каких исключениях ты говоришь, Анечка? Они призваны на службу, и в первую очередь добровольно пошли на этот шаг. Да даже если бы такое и было возможно, боюсь, что они не пойдут на это.

— И что, теперь до конца войны?

— Покинуть строй они могут только в трех случаях: получить ранение, ограничивающее их годность к строю, подписать документ, в котором обязуются не участвовать в дальнейших боевых действиях, но это в случае пленения или…

— Или погибнуть, — помертвевшим голосом закончила Аня.

— Да не расстраивайтесь вы так. Сережа поступил на флот и привлечен по линии снабжения, Макаров неглуп, чтобы не распознать выгоды иметь его на данной должности, к тому же там расположен наш завод, а он завязан именно на военные поставки, так что на передовую его не пустят.

— А Семен?

— А что Семен? Он имеет большой опыт в охране железнодорожных путей, так что занимается тем, чем и занимался в свое время, вот только сейчас там на порядок все проще: последних хунхузов разогнали еще два года назад.

— Тебя послушать — так там полное благолепие, — недоверчиво взглянула на него Аня.

— Отчего же. Есть возможность попасть под бомбардировку Того, но он этими безобразиями уже не занимается — Макаров отучил. Нельзя утверждать, что навсегда, но все же. Так, дамы, был несказанно рад вас видеть, но мне уже нужно бежать. Сегодня заканчивается погрузка припасов на шхуну, нужно проследить.

— Ты хочешь сказать, что пока наши мужья воюют в Порт-Артуре, ты больше всего озабочен тем, чтобы направить сезонных рабочих в Магадан и Авеково?

— С Порт-Артуром я поделать ничего не могу, а вот содержать наши дела в порядке нужно.

— Но ведь это ты втравил их во все это. Я знаю. — Аня обличительно указала на него пальчиком, только комично при этом не выглядела — она сейчас походила на разъяренную фурию, так что лучше было ее не задевать. А еще лучше — просто молча ретироваться, оставив поле боя за нею. — Не уходи от ответа, Антон! Ты все время куда-то спешил, вечно опаздывал, был на взводе и беспрестанно теребил наших мужей. Такое впечатление, что ты знал об этой войне и спешно к ней готовился, а как пришло время, трусливо поджал хвост. Ведь это ты должен был быть там, а Сережа — заниматься делами здесь. Он всегда говорил: что бы ни случилось, он всегда будет рядом.

— Анечка, я был не меньше твоего удивлен его решением, поверь. Да, мы догадывались об этой войне, — а кто не догадывался? Да, мы готовились к ней, но Сережа и впрямь должен был оставаться здесь и заниматься делами.

— А Семен? — И эта туда же, боже, двух разъяренных женщин ему уже не потянуть, да ему не потянуть и одной.

— Семен должен был заниматься предприятиями концерна в Порт-Артуре при любом раскладе, — решил выдать часть правды Антон.

— А ты?

— Леночка?

— Не уходи от ответа! — Гаврилова даже притопнула ножкой.

— А я должен был отправиться в кругосветное путешествие с посещением Баден-Бадена, Куршевеля и других приятственных мест, чем и собираюсь заняться. — Видит бог, он пытался сдерживаться, но что тут поделаешь. Ну Сережа, вот дай только бог встретить тебя живым и здоровым — сам вгоню в гроб, все через тебя, импровизатор хренов.

Боясь, что все может зайти очень далеко, Антон поспешил покинуть дом. А потом, ему и правда нужно было заняться делами. Будь его воля, уже давно его ноги не было бы во Владивостоке, но было слишком рано: ледовая обстановка в Охотском море не позволяла действовать столь поспешно; с другой стороны — уже завтра можно и выдвигаться, вот только закончить последние приготовления, ну в крайнем случае послезавтра.

Антону стоило больших трудов выпросить разрешение на выход в море, но о переброске в Авеково и Магадан сезонных рабочих пришлось забыть, так как представители власти считали, что работы на прииске следует прекратить, дабы избежать захвата золота противником. Такое же настроение было и в отношении других предприятий, так как были все шансы на то, что рыбная продукция пойдет на пополнение интендантской службы японской армии. Никакие доводы о том, что на концерне висят кредиты и их нужно выплачивать, на власти не произвели никакого эффекта. На Сучанских копях в настоящий момент вообще все встало в связи с невозможностью вывоза угля, углевозы намертво пришвартованы к пирсам, и ничто не способно сдвинуть их с места. Большинство рабочих призваны на военную службу. Если бы успели достроить железную дорогу, которую тянули от уссурийской ветки, то, возможно, рабочих и не тронули бы, ведь уголь — это стратегическое сырье, но дорогу не закончили и наполовину. Так что рабочих призвали, мало того — призвали и строителей с узкоколейки, а на их место прибыли каторжане.

Хорошо, хоть ему самому никто не стал чинить препятствий. Распоряжение для контр-адмирала Иессена от Макарова было однозначным: прапорщику Песчанину в выходе в море препятствий не чинить и оказать всяческое содействие. Командир владивостокского отряда крейсеров и не думал нарушать столь однозначного приказа, хотя вопросы у него и имелись. Что за выход? По какой такой надобности? Как может быть связан выход обычной шхуны с ведением боевых действий? И самое главное — отчего нигде не распространяться о том, что Песчанин является офицером флота? Одни вопросы, и никаких ответов. Ну да и бог с ним, придет время — все узнает, а сейчас у него и без того полно забот.

— Какой-то вы озабоченный сегодня, Антон Сергеевич?

— А ты разве не слышал, что Порт-Артур отрезан?

— Слышал, как не слышать, — равнодушно пожал плечами Варлам. — Да ведь это не неожиданность для вас.

А что тут скажешь? Конечно, не неожиданность, мало того — он узнал об этом в числе первых и уже успел навестить наместника, предложив услуги по обеспечению связи с Артуром. Их новые радиостанции вполне могли обеспечить устойчивую связь с Артуром из Инкоу, а оттуда информация должна была уже поступать к Алексееву в Мукден.

В это дело он решил вмешаться по двум причинам. Во-первых, ему было известно, что в той истории Стессель получил-таки распоряжение сдать дела в Артуре и выехать из крепости, вот только он скрыл телеграмму и, начав закулисную игру, сумел остаться у руля. Теперь дело должно было принять иной оборот — ведь сведения будут поступать в первую очередь к морякам, читай — к Макарову, стремящемуся сосредоточить командование в своих руках.

Во-вторых, был шанс, что при наличии практически прямой связи действия армии и осажденных будут хоть как-то скоординированы. Но труд оказался напрасным, так как то обстоятельство, что Звонарев не допустил захвата «Маньчжурии» с грузом радиостанций, вполне позволило решить вопрос с налаживанием связи и без вмешательства друзей. Ну, да баба с возу — кобыле легче.

— Посмотрел бы я на тебя, явись с утра к тебе жены твоих друзей с настоятельным требованием вытащить оттуда их мужей, — резко бросил Варламу Антон.

— А вот тут я пас, Антон Сергеевич. Я лучше еще парочку другую шпиенов споймаю, оно попривычнее будет.

— Опять кого-то захомутали? — тут же сменил тон Песчанин.

— Майор Икуто. Упертый — жуть. Ну да и мы не лыком шиты.

— А этому что потребовалось в нашем концерне?

— Все то же. Как всегда, концерн — побочное задание. Так, разузнать, чего там эти умники скрывают.

— Плохо. Еще один офицер прогорает, едва сунув к нам нос, — эдак мы удосужимся самого пристального внимания. Значит, так, начинайте отрабатывать всю шпионскую сеть, какую только засветите. Нужно будет закопать этих разведчиков среди остальных.

— Не, нам этого не потянуть. Если начнем просто отстрел, то рано или поздно все укажет на концерн.

— Ну, так привлеки полицию, у тебя ведь есть прикормленные.

— А оно им надо — светиться? Чего доброго, в жандармы уволокут, при таких-то способностях.

— Думаешь на жандармов выходить?

— Есть тут один — до славы уж очень охоч, попробую подбросить ему информацию. Вроде не дурак, должен понять, что это его шанс.

— Добро. Слушай, Андрей, как ты понимаешь, Звонарев и Гаврилов надолго засели в Порт-Артуре, как бы не до конца войны. Я не сегодня-завтра тоже убываю.

— Тоже в Артур?

— Пока в Магадан, а там как масть ляжет, — не стал полностью откровенничать Антон. Не доверять своему начальнику службы безопасности у него не было никаких причин, вот только у него уже в кровь въелось всегда и от всех скрывать свои истинные намерения — так было спокойнее.

— Во как! Чуть мне — так сразу в пику, а как сами по фене — так завсегда пожалте.

— Ты не ерничай. У меня это присказка несерьезная, а ты как на феню скатываешься, сразу другим человеком становишься — бесшабашным и чересчур самоуверенным. Так что тебе это только во вред.

— Все, Антон Сергеевич, все. Считайте, что научили уму-разуму.

— Ох, шутник. Ладно. Как там обернется в Магадане я не знаю, буду действовать по обстановке. Порт-Артур Порт-Артуром, а если у нас там бардак да без меня никак, то, как говорится, своя рубаха ближе к телу. Но в любом случае выходит, что ты тут старшим на хозяйстве остаешься.

— Чего я-то сразу? На заводе есть свое начальство, в НИИ тоже есть кому заниматься, в банке вообще акула сидит, я тут при чем? Мое дело — сторона, только безопасность.

— А я тебе и не предлагаю влезать в научные разработки или заниматься производством и денежными потоками, но вот догляд за всем этим нужен строжайший. Знаешь, как бывает: кот из дому — мыши в пляс. Тут из трех котов никого не остается.

— Я, стало быть, тоже из мышей?

— Давай откровенно, Андрей. Если кто захочет прибрать к рукам все наше хозяйство, то сейчас самый удобный момент. Учредители как с цепи сорвались — умчались воевать, жены вообще не в курсе дел концерна, так что если ты захочешь все прибрать к рукам, то у тебя для этого есть все шансы. Если останешься верен своему слову — нет шансов ни у кого.

— Ага-а, стало быть, от меня все зависит, — озорно улыбнулся бывший воровской авторитет.

— От тебя, — не поддержав озорства, серьезно подтвердил Песчанин.

— Опять? — Варлам иронично взглянул на Антона и ухмыльнулся. — Вот ей-ей, чудные вы. Я ведь говорил как-то, с недоверия начинать надо. Значит, так, Антон Сергеевич, вы эти мысли оставьте, пустое. Я себе цену сложил еще тогда, когда пошел к вам, а за то время, что работаю с вами, только утвердился в этом. Не получится у меня быть первым: все по миру пущу и себя потеряю, сдерживать меня нужно. Вот вторым — да, это я могу хорошо, и тех, за кем я пойду, я уже давно нашел. Так что забудьте. Если здесь что будет не так, то это может быть моя ошибка, а может, меня уже не будет, — только в спину вам я не ударю.

Оставьте ваш отзыв


HTML не поддерживается, можно использовать BB-коды, как на форумах [b] [i] [u] [s]

Моя оценка:   Чтобы оценить книгу, необходима авторизация

Отзывы читателей